– Ну что ж, я это проверю, – Дерек издал нелепый смешок, после которого мне захотелось заткнуть его рот грязной тряпкой и скрутить его пополам.

Но, сделав глубокий вдох, я пришел в себя: черт, какая глупость – нападать на друга из-за девчонки, которую знать не знаю.

Из-за обычной девочки, у которой ребра торчат и грудь второго размера…

Бледноватой, грубой. Она была совершенно не в моем вкусе. Не похожей ни на одну модель, не похожей ни на одну девушку, которая у меня когда-либо была – а это всегда были первые красавицы.

И именно эта сучка отказала мне – это просто смешно.

– Не советую, – я постарался, чтобы мой голос звучал непринужденно, и скрутил карту клуба в трубочку, постучав ею по своей ладони. – К тому же, она не похожа на тех, кто делает это со всеми подряд.

– Оу… – Дерек изменился в лице. – Тогда это еще интересней. Как же тогда вышло у тебя?

– Я – исключение. – Я надеялся, что взгляд, которым я одарил Дерека, был не слишком угрожающим. Он ни в коем случае не должен заподозрить то, что эта доска утерла мне нос и отдавила яйца.

Черт, надеюсь, с ним она проделает то же самое.

Но я не позволю этому случиться.

(Событие из прошлого)

Роксана

После того как я увидела Кейда в больнице, больше не могла спать. Снова и снова перед глазами вставал его полуживой образ, истощенное тело и синяки на коже, которые я нанесла ему почти своими собственными руками…

Пусть я не тронула его и пальцем, но несла ответственность за все, что с ним произошло. И это мучило меня каждую секунду жизни – я буквально варилась в адовом котле, а черт стоял над моей душой и с дьявольским смехом помешивал варево.

Я пыталась оправдать себя, правда, пыталась, бесконечно уговаривала себя понять, что Кейд – самодовольный павлин и заслужил этого.

Но как бы я не старалась убедить себя, в глубине души прекрасно понимала, что не имела права отбирать чужую жизнь.

Я нашла телефон миссис Адамс легко – на школьном сайте, обычно, всегда были телефоны учеников и их родителей. Дрожащими руками набрала ее номер и на другом конце трубки услышала тихий, опустевший голос, полный отчаянья, – она уже не тешила себя надеждой о том, что Кейд может очнуться.

И я знала, что он не очнется.

Я молчала в трубку.

– Алло. Алло. Скажите что-нибудь. Алло, говорите… – шептала она, и я, наконец, решилась.

– Миссис Адамс, я знаю, кто избил вашего сына, – наконец-то выговорила я. Сейчас или никогда.

– ЧТО?! Кто вы?? Скажите! Кто сделал это с моим мальчиком? – миссис Адамс начала плакать так болезненно и навзрыд, что я сама еле сдержала слезы. – С – скажите-е… Е-его… О-отключают…

Отключают?! Они решили отключить Кейда от источников жизнеобеспеченья. Конечно, им тяжело на это смотреть.

У меня голова закружилась от мысли о том, что это все – у Кейда нет ни единого шанса выбраться из забвения.

– Я не могу вам сказать, кто я. Я скажу вам информацию, которая понравится полиции. Бронкс. Бар «Дикие». Неприятное местечко. Напротив и живут твари, которые сделали это с Кейдом. Главного зовут Майкл, его-то и надо искать. – Все это я произнесла на одном дыхании и положила трубку. Дрожащими руками достала симку и выкинула ее в унитаз – на всякий случай.

Облокотившись на дверь ванной, сползла по ней на пол и обхватила колени руками, опустив голову.

Кейд больше не проснется.

Майкла отправят в тюрьму – конечно, он будет сваливать все на меня, но у него нет никаких улик против меня. Я обычная девочка, одноклассница Кейда.

Они найдут в его доме наркоту, оружие – этого будет достаточно для того, чтобы посадить Майкла и его банду в тюрьму.

Конечно, они не докажут, что именно он это сделал с Кейдом. Ему светит лет десять, и, мое счастье, если они дадут ему еще больше.

А потом он выйдет…

И ничто не спасет меня от его мести.

Наши дни.

Роксана

Я проснулась в холодном поту и, судя потому, что в комнату воровался не на шутку встревоженный Дилан, только что кричала. Сон – воспоминание показался мне таким реальным, как будто его события случились только что, наяву.

Я раскрыла свои руки и кивнула брату, приглашая его в объятия – по моему лицу он все понял и побежал ко мне, обхватывая своими маленькими ручками за шею.

– Рокси, ты кричала. Тебе снился плохой сон?

– Да, малыш, да. Просто сон, – Я погладила его по спине, понимая, что при мысли о том, что Майкл когда-нибудь может добраться до него, у меня разрывается сердце.

Его могут выпустить раньше.

Дилан не сможет постоять за себя.

Страшные картинки запестрили перед глазам, и я еще крепче прижала к себе брата. Я не могу его потерять. Мы и так потеряли слишком многое.

Папа и мама… Они бы не гордились мной, если бы только видели, кем я стала.