Я тоже никому не рассказывал о том, что женщины отца уделяют мне особое внимание. Точнее, оказывают услуги.

— Да, потому что мне было стыдно. Я подумала, что будет лучше, если я буду любимой девочкой, а не жертвой насилия. Он извинялся, очаровывал меня, заманивал в свои сети…говорил, что если я буду с ним, никто не узнает, какая я плохая, развращенная и грязная, — слезы беспрерывными ручейками стекают из уголков ее голубых глаз. — Все еще думаешь, что я перекладываю на всех ответственность за свою боль?

— Да, — сухо отрезаю я, стараясь не испытывать к ней жалости. — Но мне очень жаль, что так вышло.

— Очень жаль? Скажи это себе, если у тебя когда-либо будет дочь и ее осквернит старик-извращенец, — пылко выпаливает Эрида.

Неприятная дрожь сковывает каждую мышцу тела. А ведь я даже не планирую иметь детей.

— А кислота? Тоже твоих рук дело? — снова винит меня во всех смертных грехах Эра. — Хотел убить меня? Изуродовать? Так сделай это сейчас. В своей квартире и без свидетелей. Зачем прилюдно, Дэни? Мы оба знаем, что убийства, совершенные в закрытых пространствах куда проще замять! У тебя это отлично получается, — девушка резко встает с постели и пытается напасть на меня. Покусать, словно дикая кошка. Судя по ее взгляду, мысленно, она уже давно расцарапала мне лицо и все, что ниже. Я беру ее за запястья и силой удерживаю на одном месте, пристально глядя в глаза.

— Я уже видел отчет в новостях. Хоуп в больнице. И нет, это не я, Ри. Тебе стоило быть осторожней с Тесс. Ты слишком сильно задрала нос на ровном месте. «Sins» гиперболизирует самые низменные человеческие чувства. Их становится очень трудно удержать в себе. Некий побочный эффект. Как ты проявляла себя в последнее время? Гордыня и жадность управляли тобой. Именно об этом говорят две последние карты.

— Ах, вот оно что. Очередные из смертных грехов. И ты снова решил меня ткнуть в них носом! Будто ты сам здесь у нас не кто иной, как Святой Отец! Как можно быть таким лицемером, Кинг? Иди к черту со своими уродскими картинками, — в очередной раз проклинает меня Рида. Ее красивые и длинные пальцы сжимают карты матери, и разрывают их на крошечные кусочки хаотичными и нервными движениями.

Кровь в венах закипает настолько, что испепеляет их изнутри.

Яростный крик клокочет в горле, но я подавляю его, вымещая всю злость на хрупких плечах Риды, когда сжимаю их.

Она поднимает на меня заплаканный взгляд. Движение как в замедленной съемке. Белки налиты кровью, а глаза превращаются в глубоководные воды. Мне бы хотелось рассказать ей всю правду, остановить ее агонию, как можно скорее…разжевать, разложить правду и истину по полочкам, успокоить…но я знаю, нельзя.

Никто не учится на словах. Личность познает этот мир и взрослеет только на своих ошибках.

— Их нарисовала моя мать. Эти уродские картинки, — тяжело выдохнув, замечаю я.

— Это должно меня тронуть? — фыркает моя злобная сучка. — Тебя же не трогает моя боль. Зачем ты используешь нечто святое, что напоминает о матери, для того чтобы ломать других людей?

— Я не ломаю тебя, девочка. Иди сюда, — не выдержав, я сажусь на постели и забираю Эри к себе. Обнимаю, как маленького ребенка, так крепко-крепко, качая на своих руках. Она вырывается, кусается, плачет и выпускает яд…а мне все равно. Моя красивая кобра, чей яд я готов терпеть вечно. — Иди ко мне.

Девушка прерывисто всхлипывает прямо в моих руках. А потом льнет ко мне, как уставший от истерики ребенок, вдыхает аромат моего тела, упираясь губами в шею.

— Моя мама верила в то, что этот мир состоит из грязи и хаоса. И единственный способ очиститься, не умирая — пройти через личную драму и боль. Упасть на самое дно.

— Наверное, умереть проще.

— И она так говорила. Но это неправильно, Ри. Нет ничего важнее жизни. И того, чтобы нести ответственность за каждый ее миг, за свой выбор. И знать, что на каждое действие будет противодействие.

— На что ты намекаешь?

— Ты помнишь, что ты сказала Тесс? Что говорила Алексу?

— А это тут причем. Ты что, на мне жучок держишь?

— При том, что ты вновь обрела все. Резко, быстро, не прилагая усилий. Многое, из того, что ты имеешь сейчас, было недоступно тебе три месяца назад, полгода назад. Многое, из того, что есть у тебя сейчас — подарок Вселенной, и неважно, в какой форме он преподнесён. Неважно, какую цену, ты заплатила за это. Твоя жизнь напоминает красивый сон, но ты не ценишь ничего, из того, что тебе было дано за эти два месяца. Я мог бы отнять у тебя карьерный взлет, статус, и даже крышу над головой…и если честно, я очень хочу это сделать.

— Зачем? — в ее взгляде мелькает настоящая тревога. — Хочешь проучить меня? В очередной раз.

— Чтобы ты поняла, в чем состоит главная ценность.