— Я понимаю, как неприятно ходить в грязном, еще и в таком месте. Мне жаль твой пиджак. Он роскошный.

— Спасибо тебе. Ненавижу быть неопрятной, — и действительно, если не считать яркого пятна на твидовой ткани, одета она «с иголочки». — Пиджак…да к черту этот пиджак!

— Плохой день? — интересуюсь я, пока моя собеседница опускается на ближайший пуфик. Почти во всех туалетах Дубая есть туалетные столики с креслами.

— Начинался он просто прекрасно. Вообще-то, я на свидании, и я так давно с ним не виделась…тяжело выкраивать дни для встречи, когда ты замужем. Я просто так устала, — вновь отчаянно всхлипывает девушка, начиная икать так, словно выпила две бутылки вина в одиночку. — Устала вести двойную жизнь. Устала претворяться!

Ох, как я тебя понимаю, подруга.

— Я видела тебя с местным мужчиной. Разве он не твой муж? Кольцо у тебя на пальце, — поясняю свою догадливость я, разглядывая огромный желтый бриллиант на ее безымянном. Подобное стоит целое состояние. Тут уже не один дом, а два с кар-парком в придачу. — Ослепительное кольцо.

— Да, оно роскошное. Как и мой муж. Мой муж, Лео…знаешь, он — необычный человек, — Найоми прикасается к невероятных размеров камню, поглаживая его с маниакальным восхищением, как это делал Голлум в каждой части «Властелина колец». Не хватает еще зловещего шепота «Моя п-п-прелесть».

Должно быть, она очень дорожит своим статусом в этом браке. Возможно, они изменяют друг другу для остроты ощущений. Боюсь представить, сколько стоит это кольцо. Ее муж действительно необычный человек, если может позволить себе бриллиант примерной стоимостью в двадцать миллионов, а это уже интересно.

Как она сказала, его зовут?

— Правда? Что в нем необычного, — интересуюсь словно невзначай, стараясь не акцентировать ее внимание на своем любопытстве. Попутно занимаюсь своими делами, припудривая носик.

— Он идеален. Совершенен, как греческий Бог. Если Дубай — современный Олимп, то он в нем Зевс…понимаешь? — одержимо выдает женщина, глаза ее при этом сверкают еще ярче, чем редкий бриллиант на ее худеньком пальце. — Но то, что мы вместе — это неправильно. Он не выбирал меня…все так сложно.

— Не выбрал? Он же сделал тебе предложение. Не накручивай себя, счастливица. Ты, кажется, удачно вышла замуж. Может, пролитый кофе — знак от вселенной, что пора завязывать с романами на стороне? Надо беречь подарки судьбы.

— Может быть, — Найоми в отчаянии закрывает лицо руками, словно боится сгореть от стыда на этом самом месте. — Тяжело жить в семье, где договорной брак — это даже не норма, а прямая обязанность. Но у нас нет будущего. Тяжело построить жизнь с человеком, который тебя не любит. Или не умеет проявлять своих чувств. В наших кругах…знаешь, большинство мужчин эмоционально недоступны. Власть, деньги, междоусобные игры интересуют их куда больше женщин. А детей они воспринимают, как наследников, как расходный материал. И чем их больше, тем лучше. А я не смогла…, — она вдруг заходится глухими рыданиями, и я бережно опускаю ладонь на ее плечо, пытаясь успокоить.

— Как я тебя понимаю. У меня тоже договорной брак, как и у большинства женщин здесь моей веры. Впервые я увидела своего мужа в шестнадцать. Это был день нашей помолвки, там родители нас и познакомили. И знаешь, наши мужчины не особо эмоциональны. Все это время я чувствовала себя так, словно живу в ледяной крепости с железным человеком.

— Я ощущаю тоже самое, — всхлипывает пошатывающаяся на месте Найоми.

— Но все изменилось однажды. Мне удалось растопить его сердце.

— Как?

— Мужчины не проявляют своих чувств и не шевелятся до тех пор, пока мы не демонстрируем им, что они могут нас потерять. Мой муж думал, что я целиком и полностью его, и наша религия в этом поспособствовала: мы очень зависимы в браке. Несмотря на это, мне удалось подать на развод, собрать все свои вещи и съехать с нашей виллы, — бессовестно лгу, не моргая и не краснея. Прям как тогда, в примерочной с Драгоном, где я выдумала легенду о том, что ожоги — результат душа из кислоты. — Вот тогда, мой Ахмед засуетился. Он чуть волосы на себе не вырвал, когда наконец, понял, что если ничего не изменится, то он по-настоящему потеряет меня. Способ этот древний, как наш мир. Если хочешь понять, что на самом деле чувствует мужчина по отношению к тебе — собери чемоданчик, девочка, и уходи в закат.

— А если…если не остановит меня?

— Тогда зачем тебе такой мужчина? — фыркаю я. — Найдешь другого, даже если это договорной брак. Неужели в переплетении ваших семей, только один свободный кандидат?

— Нет, нет, нет. Я не могу уйти. Видишь, я даже любовника себе завела, это не действует. Ему плевать на меня.