Я продолжал смотреть на экран ноутбука, работая над сделкой, которую хотел заключить до Рождества, но краем глаза заметил, как побледнело ее лицо. И в груди вспыхнуло удовольствие от того, что мне – в очередной раз – удалось забраться ей под кожу. Не прошло и дня.

– Ты отвратителен, – пробормотала она, продолжая смотреть на меня, но, казалось, она уже пришла в себя.

Я похрустел шеей и, открыв браузер, чтобы проверить акции, скользнул взглядом по зеленым и красным столбцам диаграмм.

– Может, и так, но я по самые яйца забрался в твою гребаную голову, Служанка. И ты ничего не можешь с этим поделать.

Ее глаза сверкали от ярости. Как же затвердел мой член. И, черт побери, какой же красивой она была. Безумно красивой. Я собирался трахнуть бывшую телку Дина, затем воспользоваться ею для исполнения собственного плана, а после выкинуть на улицу.

И после ее заигрываний с тем придурком я ни капли не сомневался, что она это заслужила.

– Ты только что прочитал Флойду лекцию о недопустимости тесной дружбы на территории офиса. Что не терпишь, когда смешивают бизнес и удовольствие.

Она наклонилась вперед, случайно задевая локтем мой палец. И тут же отдернула руку.

Я подался ей навстречу, сокращая разделяющее нас пространство.

– Позволь поправить тебя – парни вроде Флойда не доставят тебе удовольствия. В отличие от мужчин вроде меня. Но чего еще ожидать от человека, которому нравится сериал «Стрела», – растягивая слова, проговорил я, словно одно это могло послужить причиной того, чтобы освободить его от занимаемой должности.

И для меня так и было.

– Знаешь, в чем твоя проблема, Вишес? Ты все еще не определился: то ли ты ненавидишь меня, то ли я тебе нравлюсь. Вот почему ты ведешь себя так каждый раз, когда я оказываюсь рядом с другим мужчиной.

В ее голосе не слышалось и нотки смущения. Потому что она понимала, что права.

Вот только она не знала, что я прекрасно осознавал, что чувствую к ней. Я ненавидел ее, но меня продолжало тянуть к ней. Все просто.

– Знаете, в чем я сейчас уверен, мисс ЛеБлан? Что вам необходимо начать готовиться к поездке и собрать ваши гребаные вещи. Потому что вы отправитесь со мной в Калифорнию, хотите этого или нет.

Эмилия

– Ты же понимаешь, насколько подозрительно это звучит? – спросила Рози между приступами кашля, пока я упаковывала все наши пожитки в полиэтиленовые мешки для мусора.

Я буду скучать по этому месту. Даже несмотря на то, что наш матрас с огромной дырой размером с мою голову лежал всего в полуметре от плиты, и что нам приходилось подпрыгивать, чтобы дотянуться до верхних ящиков на кухне, где мы хранили одежду, внутри расплывалось горьковато-сладкое чувство потери.

В этом месте мы создавали свои воспоминания. Счастливые, смешные, грустные, наполненные эмоциями воспоминания. Здесь мы танцевали под музыку, плакали над дерьмовыми второсортными фильмами и съедали столько вредной пищи, что у нас начинали болеть животы. Здесь я рисовала картины, которые затем продавала. Здесь я ночами напролет помогала Рози готовиться к экзаменам и контрольным по огромным толстым учебникам.

А теперь мы переезжаем в одно из самых эксклюзивных и роскошных зданий на Манхэттене. Но меня почему-то это не радовало. Меня это пугало. Я понимала, что у Вишеса на меня большие планы, и не сомневалась, что это не окупит ту баснословную зарплату, которую он мне выплачивает.

Но я не хотела, чтобы Рози переживала из-за этого.

– Ну, он сказал, что не потребует от меня чего-то незаконного или отвратительного, так что можно не сомневаться, что он не продаст меня в рабство за границу и не заставит убить кого-нибудь. – Натянув фальшивую улыбку, я скомкала очередное платье и запихнула его в рюкзак.

Я старалась собрать вещи как можно быстрее. Вернувшись с работы, я переоделась в черные легинсы из искусственной кожи и розовый свитер с помпонами, прекрасно понимая, что у меня не останется времени, чтобы переодеться до приезда шофера на лимузине, который отвезет меня в аэропорт Кеннеди. Но меня не отпускала мысль, что лучше оставить неряшливый и невзрачный вид. Я не хотела, чтобы у Вишеса возникли неверные предположения. Несмотря на грубость и равнодушие, я заметила, какие взгляды он бросал на меня. Точно так же я смотрела на него много лет назад в выпускном классе, когда пробиралась на футбольное поле, чтобы оценить его игру.

Как на что-то, что очень сильно нравилось.

Но я неустанно напоминала себе, что этот человек не заводит отношений. Он разрушитель. И я ощутила это на себе, когда он выбрал своей целью мою жизнь.