Он припарковался перед моим домом, вышел, обошел машину и открыл мне дверь с таким выражением лица, что, казалось, готов покромсать меня на мелкие кусочки и скормить акулам.

– Спасибо, что подвез. Ты прекрасный собеседник. – Я вышла из машины и пошла к входу в здание, чувствуя себя непослушным ребенком, которого отправили в комнату в качестве наказания.

Дэвон молча пошел следом. Я понимала, что не стоит его прогонять. Во-первых, не хотела сейчас оставаться одна. А во-вторых, я ведь сама ему позвонила.

Когда мы поднялись в мою квартиру (ура-ура, снова по лестнице), Дэвон ушел в спальню, чтобы переговорить с Джоан по телефону. Попросил вызвать эвакуатор для моей машины, а еще – соединить его с Саймоном. Ах, старый добрый Си, телохранитель, который делал вид, будто занимался никому не нужной в клубе хренью, например подшивает папки или сортирует коробки по мусорным бакам.

А то, что он однажды прыгнул на меня, чтобы защитить, когда Росс случайно уронил ящик с пивом, выдало его с потрохами.

– …я не за это тебе плачу, черт побери. Пошевеливайся, иначе позабочусь о том, чтобы следующая твоя работа была в забегаловке.

Наступило недолгое молчание.

– Тогда работай лучше! – взревел Дэвон.

Вернувшись в гостиную, он сразу остановил взгляд на мне. Словно орел, нацелившийся на свою добычу.

– Ты дрожишь и вся взмокла.

– Нет, неправда. – То, что у меня стучали зубы, все только усугубляло. Черт возьми. Это же всего лишь Фрэнк. Я ведь смогла бы справиться с ним, если бы пришлось, правильно?

Неправильно. Пора перестать трусить и обратиться в полицию. Что с того, что его девушка беременна? Она залетела не твоими стараниями.

– Идем. Я наберу тебе ванну. – Дэвон подошел и подал мне руку. Но непринужденный смех и его привычная учтивость исчезли. Призадумавшись, я поняла, что не наблюдала этого весь день с тех пор, как он ответил на звонок, а потом и приехал меня забрать.

Я с ужасом осознала, что Дэвон перестал со мной флиртовать.

Он поставил на мне крест. На нас.

Ну и ладно. Именно этого я хотела. Рада, что он перестал провоцировать неловкие ситуации.

Когда я так и осталась сидеть на диване, он поднял меня на руки и отнес в ванную.

– Терпеть не могу, когда ты ведешь себя так идеально, – простонала я.

– Взаимно, дорогая. Особенно когда все это впустую тратится на тебя.

Дэвон усадил меня на унитаз и набрал горячую ванну, закатав рукава до локтей и обнажив предплечья, как у Моисея Микеланджело.

Уф. Мне жуть как не хватало секса.

Внутри все резко сжалось, напряжение нарастало.

Что за жизнь без секса? Одна только работа, налоги и мытье посуды. Несправедливо, что на протяжении всей беременности мне не хотелось заниматься сексом ни с кем, кроме отца моего ребенка.

Я не могла даже объяснить это решение. Возможно, во мне все же сохранились остатки традиционализма как следствие того, что большую часть своей жизни я прожила под одной крышей с Перси.

Я следила взглядом за каждым движением его мускулистых рук, когда он бросил в воду бомбочку для ванны.

– Ну так что, ты спал с кем-нибудь примечательным в последнее время? – Я поерзала на сиденье унитаза, рассматривая его сильные длинные пальцы.

Я что… возбуждаюсь? От трения о поверхность, на которой я сидела, затвердели соски. Я неспешно сняла с себя всю одежду, а Дэвон скривил лицо, будто в комнате ужасно пахло.

– Я думал, ты закончила себя мучить.

– Брось, – рассмеялась я, кинув блузку на пол. Живот еще не округлился, но грудь уже потяжелела и покрылась венами. Стала намного больше, чем прежде. – Я знаю, что ты по-прежнему спишь с другими. Дай мне пожить опосредованно через тебя. Я уже забыла, каково это.

– Твоего опыта хватит на все Восточное побережье, дорогая, – сухо ответил он. – Прими гинкго и используй силу своего воображения.

– Напомни, что нужно делать, когда вы оказываетесь в постели? Я забыла, – вкрадчиво проговорила я, не обращая внимания на его раздражение.

Дэвон уставился на меня как на сумасшедшую. В этот миг такой я и была.

– Ты ведь не выпивала? – спросил он с беспокойством.

Я рассмеялась:

– Нет. Просто… слишком чувствительна.

– Звучит как кодовое слово для помешательства.

– Брось… – я улыбнулась. – Просто пытаюсь быть душевной.

– Я заметил. Провел восемь минут в одном помещении с тобой, и ты до сих пор не попыталась ударить меня ножом.

Он закрыл кран, встал и отошел в сторону.

– Давай помогу тебе залезть.

– Можешь и сам ко мне присоединиться, если хочешь, – я предприняла неубедительную попытку соблазнения, слишком возбудившись, чтобы уступить гордости.

Не обратив на меня никакого внимания, Дэвон опустил руку мне на поясницу и подвел к ванне.

Я закатила глаза.

– Это значит «нет»?

– Ты прямо и неоднократно говорила мне, чтобы бросил с тобой все попытки, – сухо напомнил он.