Пора закрыть эту дверь, перелистнуть страницу книги.
– Я так и не нашел бухгалтера, Лу, – произнес брат, снова заставив остановиться. – Никто не справится с этим лучше, чем ты.
– Не после того, как вы отказались от меня, – бросила я, направившись к выходу. Нет, я не дам этому повториться. Не дам снова затянуть себя в сети.
– Почему ты так говоришь?
– Да потому что вы все знали! Ты и Мария знали, что отец похитил меня! Я целые сутки ждала смерти и пыток, Матиас! Ты хоть представляешь, что я, мать твою, чувствовала?! – Я порывисто развернулась, сделав несколько шагов в его сторону. – И ни ты, ни она не сказали ничего Тайфуну. А потом сделали меня виноватой в смерти отца. Разве это семья? – И мне было невыносимо больно от своих собственных слов, потому что Мария была там, в участке, она отвлекла Дэни. Это из-за нее я все еще жива. Это из-за меня она мертва. Точнее, не из-за, а потому что она решила влезть туда, куда ее не просили. Потому что она решила… не знаю, что она решила.
– Она пришла в участок ради тебя, – сказал он, будто уловил мои мысли.
– Не ври, Матиас. Мария – последний человек, который пришел бы ко мне. – Я надеялась, что он лжет, потому что это убивало мое сердце. Буквально разрывало на части.
Так больно, словно я все же дождалась ту, вторую, пулю. Но она не убила меня. И не холодила металлом органы. Она выжигала душу.
– Мы одни, Лу. – Только теперь я смогла поднять взгляд, чтобы посмотреть в глаза брата, в которых застыли слезы. – У нас больше никого не осталось, я не хочу лишиться и тебя.
– Ты уже меня лишился.
– Лу, – умоляющий голос, переросший в тихий всхлип. Слеза, не сдержавшись, скатилась вниз по щеке, упав на пожелтевшую траву. Мы просто стояли и смотрели друг на друга, чувствуя, как внутри разверзается самая настоящая черная дыра. А потом Матиас шагнул вперед, аккуратно притянул в объятия, и я позволила себя обнять, цепляясь за брата как за единственного родного человека. Впрочем, он таким и был, если не считать Аарона. Мы остались вдвоем, с ношей криминального мира на плечах и небезызвестной фамилией в городе, в котором каждый наш шаг и действие будут разглядывать буквально под микроскопом.
– Прости меня, Лу, прости, – прошептал Матиас, роняя слезы на мою макушку. Я уткнулась носом в темную рубашку, размазывая макияж и слезы по ткани. И вот так, стоя посреди кладбища, давая друг другу молчаливые обещания и оставляя прошлое в прошлом, мы, кажется, обрели покой. Может быть, мы никогда не покинем мафиозный мир, никогда не станем нормальными, но у нас всегда будем мы, даже если опасность будет подстерегать за углом.
И я знала, что Аарон будет рядом. Знала, что он сдержит каждое свое обещание. И, черт возьми, это совершенно точно не проклятие. Это благословение небес – встретить человека, который будет оберегать тебя от боли, позволит ее прожить, быть сильной и слабой одновременно.
Эпилог
Я спал, и мне снилась дорога из желтого кирпича. Я уверенно шел по ней, не страшась ни преград, ни оков, ни чудовищ. И меня никто не преследовал: мягко окутывая белыми крыльями, защищая от бед и невзгод, она шла рядом. Рука об руку пересекая линии жизни и звонко стуча каблуками по дороге из желтого кирпича. И я знал, что так будет всегда. Даже когда нога моя ступит на порог Изумрудного города, она будет рядом, держась за мою ладонь, позволяя вести вперед, к цели, к будущему, к тому, что больше не причинит ей зла.
Аарон Гонсалес и Луиза Перес объединили свои сердца спустя год после знакомства. Оба решили остаться в городе, принесшем им много потерь, боли и страданий, но в то же время подарившем им друг друга и самих себя.
Семья Гонсалес стала самой крупной организацией, поглотив бизнес семьи Перес. Вернее, заключив еще несколько взаимовыгодных союзов, на основании которых Матиас Перес стал правой рукой и частью организации, названной впоследствии «Сердце Тайфуна».
Отличительным признаком семьи стала золотая птица, влетающая в золотую клетку. Такое тату носили многие представители семьи, не пряча, а скорее гордясь и хвастаясь своей принадлежностью к организации.
Существует несколько версий, согласно одной из них, знак мог появиться из-за прозвища Луизы Перес, по другой же версии, это как-то связано с хаосом и водоворотом событий, случившихся в августе две тысячи двадцать третьего года. К сожалению, подробности данных происшествий и факты оказались засекречены, а затем и вовсе утеряны полицейским участком городского округа. Возможно, к этому приложил руку один из владельцев клуба в центре города, который также принадлежит данной семье. Увы, об этом человеке ничего не удалось узнать.