На данный момент у меня ничего нет. В ту секунду, когда я открою рот, я либо заплачу, либо выругаюсь. Сейчас я предпочитаю оставаться равнодушной ко всему этому, потому что в этой чертовой машине от него некуда скрыться.

Как только он усаживает меня, он срывает с себя куртку и набрасывает ее мне на плечи.

— Поговори со мной, Айви. Что случилось? Почему ты сбежала? — он рычит, но все, что я ему даю, — это молчание. Я зарываюсь лицом в его пиджак и прислоняю голову к окну, прежде чем закрыть глаза, эффективно отгораживаясь от него.

— Айви, — его голос все еще пронизан гневом, но теперь в нем также слышится нотка беспокойства. — Поговори со мной. Расскажи мне, что произошло.

— Я просто хочу домой, — шепчу я, не открывая глаз.

Он тянет меня, пока я не оказываюсь в его объятиях. Он крепко обнимает меня, пока я безвольно прижимаюсь к нему.

Он больше не пытается заговорить со мной. Он успокаивающе поглаживает ладонью вверх и вниз по моей руке.

Когда машина останавливается, он не ждет, пока Пит выйдет. Он открывает дверь и тянет меня за собой, словно боится убрать от меня руки хотя бы на секунду.

Как только мои ноги касаются земли, он подхватывает меня на руки и несет внутрь, прямо в спальню. Осторожно поставив меня на ноги, он спешит в ванную. Секунду спустя я слышу, как в ванну льется вода.

Я не двигаюсь с того места, куда он меня поставил. Я трачу время, чтобы укрепить свою ментальную защиту от него, какое-то шестое чувство подсказывает мне собраться с силами.

Когда он возвращается ко мне, он останавливается в дверном проеме. Свет позади него освещает его почти ангельским образом, но этот человек скорее дьявол, чем ангел — факт, о котором я постоянно забываю здесь, в его сказочном замке.

Выражение его лица мрачное, он изо всех сил пытается сдержать свой гнев. Что ж, добро пожаловать в клуб, придурок.

Он делает шаг вперед, но я стою на месте и вызывающе смотрю на него снизу вверх.

Потянувшись за подол моего платья, он очень медленно тянет его вверх по моему телу, снимая с моей влажной кожи, прежде чем бросить на пол, оставляя меня в красных кружевных трусиках и лифчике — мои туфли все еще в машине, где я их сбросила.

— Ты подвергла себя опасности сегодня вечером, — бормочет он.

— Сегодня была первая ночь, когда я пожалела, что отказалась от своей квартиры, — говорю я ему, мой голос едва громче шепота.

Он делает паузу, наклоняя голову, чтобы изучить меня.

— Ты согласилась переехать сюда. Теперь это твой дом.

— Я знала, что еще слишком рано, но я придумала оправдания. Я думала, что знаю тебя достаточно хорошо, но я совсем тебя не знаю, не так ли?

Он протягивает руку и расстегивает мой лифчик, прежде чем зацепить пальцами край моих трусиков и спустить их вниз по моим ногам.

Он смотрит на меня с колен, прежде чем наклониться вперед и запечатлеть поцелуй на моей тазовой кости.

Я делаю шаг назад, но его руки сжимают мою задницу и удерживают на месте, пока он вдыхает мой запах, заставляя меня извиваться.

— Ты моя жена. Ты там, где должна быть. Рядом со мной.

— Ты обманул меня, — шепчу я, когда он встает, глядя на меня сверху вниз жестким взглядом, в котором нет ни капли раскаяния. — Ты владелец "Дрифт”?

Он не отвечает. Он подхватывает меня на руки и несет в ванную, прежде чем опустить в нее. Закрыв краны, он расстегивает рубашку, а я подтягиваю колени к груди и кладу на них голову, наблюдая за ним, пока он наблюдает за мной.

— Ты нужна мне здесь. У меня больше денег, чем я мог бы потратить за десять жизней. Я мог бы купить почти все, что захочу, но то, чего я хочу больше всего, не продается, — говорит он мне, расстегивая ширинку и показывая, что на нем нет нижнего белья, когда его брюки падают на пол. — Это не значит, что я не могу просить, занимать и воровать, чтобы заполучить тебя. Разве ты не видишь, Айви, нет ничего такого, чего бы я не сделал, ни одной черты, которую я бы не перешел, чтобы обладать тобой.

— Ты не можешь владеть мной. Я гребаный человек с чувствами, которые ты растоптал.

— Конечно, ты принадлежишь мне. Я знаю это, потому что я тоже принадлежу тебе. Теперь уже никуда не деться, Айви. Мы увязли слишком глубоко. Тони или плыви, вот и всё.

Он заканчивает раздеваться, прежде чем залезть в ванну позади меня. Вода переливается через край, но никого из нас это не волнует.

Он обнимает меня одной рукой, но я пытаюсь стряхнуть его. Он прижимается сильнее, его губы касаются моего уха.

— Злись на меня сколько хочешь, Айви, но не отказывай мне.

Когда он притягивает меня, чтобы я прижалась к нему спиной, я сдаюсь и позволяю ему, игнорируя длину его твердого возбуждения, зажатого между нами.