Прошло пять дней с тех пор, как мы с Костасом стояли перед всей Грецией и умоляли людей помочь найти нашу дочь. Пять долгих дней назад мой муж предложил миллионы евро тому, кто обнаружит Ариса и Селену. И целых пять чертовых дней мы проверяли тысячи зацепок, которые приводили лишь в тупики. От желания получить такую сумму денег всем вокруг казалось, что они видели нашу малышку. Я часами просиживала в кабинете мужа вместе с ним и его людьми, проверяя зацепку за зацепкой, просматривая фотографию за фотографией, в надежде обнаружить ту единственно верную. Я пересмотрела уже многие десятки рыжеволосых женщин, сотни мужчин в костюмах и столько младенцев, что они уже все казались на одно лицо. Однако моей дочери нигде не было.

Только когда у меня начали слезиться глаза, и, казалось, развилось косоглазие, Костас и мама накинулись на меня, заставив пойти домой и отдохнуть. Я сопротивлялась и молила не трогать меня, но они настояли.

— Cara mia, — проворковала мама. — Пожалуйста, поешь хоть что-нибудь, — она пододвинула ко мне домашний куриный суп. Аромат подобрался к носу, и желудок заурчал от голода. Я даже не могла вспомнить, когда в последний раз ела что-то, кроме энергетического батончика.

— Ты должна быть сильной ради своей малышки, а для этого следует заботиться о себе.

Мама склонилась и погладила меня по щекам, а потом провела пальцами под глазами.

— У тебя темные круги. Тебе нужно поспать.

— Я спала, — возразила я, отстраняясь.

— Поспать дольше, чем пару часов, — добавил Феникс. Он остановился в отеле, помогая проверять зацепки, заслуживающие хоть какого-то внимания по мнению Костаса, а таковыми становились почти все. Мой муж был полон решимости найти нашу дочь, и если существовала хоть малейшая вероятность, что зацепка могла привести нас к ней, он хотел, чтобы все было перепроверено. У него в подчинении были сотни людей, прочесывавшие страну по тысячам наводок, поступавшим на электронную почту и в колл-центр.

И с каждым часом, с каждой ниточкой, упиравшейся в стену, я все сильнее волновалась, что Арис бесследно исчез, и мы никогда его не найдем.

— Талия, пожалуйста, — попросила мама. — Хотя бы несколько ложек.

Не желая спорить с ними, я поднесла ложку к губам, но прежде чем смогла засунуть в рот, представила свою дочь, запертую где-то с Арисом и Селеной. Голодную, уставшую, замерзшую и заходившуюся рыданиями. Я бросила ложку обратно в миску, и горячий бульон расплескался, обжигая руку.

— Как я могу есть, если даже не знаю, кормят ли мою девочку? — я отодвинула миску, не в силах запихнуть в себя и ложку, пока не буду знать, что моя дочь в безопасности в моих руках, а ее животик полон.

Я поднялась, и мама тоже, тут же обняв меня. Я вдохнула цветочный аромат ее духов.

— Что если она голодна? — всхлипнула я. — Или ей одиноко? — я задрожала, и мама прижала меня теснее. Я ощутила приближение панической атаки, но не смогла ее остановить. Они охватывали меня каждый день с тех пор, как забрали Зои. — А вдруг они причиняют ей боль?.. Или еще хуже… — я даже не смогла закончить предложение, громко разрыдавшись. Голова так пульсировала, что, казалось, этот ритм захватил все мое тело. Сердце бешено заколотилось, а ноги стали подкашиваться.

— Талия, ты должна успокоиться, — произнесла мама, когда я начала задыхаться. Она довела меня до дивана и помогла сесть. Я попыталась втянуть в легкие воздух, но ничего не выходило. Моя милая малышка где-то с двумя сумасшедшими психами, которые совсем ее не любили. Они даже не смогут о ней позаботиться. С ней могло случиться что угодно, и с каждой секундой шансы найти ее живой становились все призрачнее.

Передо мной встал Стэфано со стаканом воды.

— Вот, милая, возьми это, — он протянул ко мне руку с двумя таблетками, но я отрицательно замотала головой.

— Нет, мне нужно быть в сознании на случай, если появится серьезная зацепка, — последнее, чего бы хотелось, лежать тут в отключке, когда моя дочь будет во мне нуждаться.

— Талия, ты не можешь продолжать в том же духе, — настаивала мама. — Прошу, это поможет тебе успокоиться и отдохнуть. Если появятся какие-то новости, мы тебя разбудим. Костас пока со всем разберется.

Мне хотелось поспорить с ними, но они оказались правы. У меня было такое ощущение, что я не спала уже несколько дней. Тело истощено и дрожало, как лист на ветру.

Трясущимися руками я взяла у Стэфано стакан и таблетки. Когда проглотила их, мама притянула меня к себе и принялась покачивать, пока мое тело, наконец, не сдалось, а глаза не закрылись. 

***** 

Распахнув глаза, я осмотрелась, поняв, что лежала в своей постели. Тут же прислушалась, желая узнать, где Зои. На вилле было тихо. Она спала? Сколько сейчас времени? Может, ее взял Костас? Однако спустя секунду я вспомнила, что ее здесь не было. Зои украли. И сердце снова стало разрываться от боли.

Телефон завибрировал на столе, и я кинулась посмотреть, кто звонил. Костас. Я отметила, что было уже девять вечера. Благодаря таблеткам Стэфано я проспала почти восемь часов.

Я быстро ответила, надеясь, что у мужа были хорошие новости.

— Вы нашли ее?