– Скажем так, Джеки закатила истерику. Из нее вырвалось столько дерьма, это был самый настоящий нервный срыв. Папа был в ярости, но я радовалась, что теперь они ощутили на себе, каково это – чувствовать предательство. Все мои слова были ложью, но, Август, – произнесла я, злобно усмехнувшись, – я заставила их в это поверить. Поверить каждому слову.

Да, наверное, я все же спровоцировала отца, как и сказал Август, но, дерьмо, как же было больно, что он меня выгнал.

Август зарычал, и я рассмеялась, когда он стал покрывать поцелуями мои скулы, пробираясь к уху. Вода продолжала литься на нас. Он прикусил мою мочку, прежде чем прошептать:

– Похоже, мне нужно знать каждую порочную деталь, – Август снова прикусил мочку, но уже сильнее, отчего мои соски стали каменно твердыми. – Мне нужно знать, чтобы мы могли воспроизвести все это. Не хочу, чтобы моя дорогая маленькая Винтер была лгуньей.

Август схватил меня за задницу и приподнял. Его твердый член дразняще потерся о мой клитор.

– Ты собираешься трахнуть меня в душе? – усмехнулась я. – После твоей совершенно детской истерики?

Он впился зубами в мою шею, и я вскрикнула.

– У меня не было никакой истерики.

– Ну, нечто вроде нее, – поддразнила я.

– Я заботился о твоем будущем, – проворчал Август, покусывая мою кожу.

– Я думала, взрослые мужчины могут контролировать ситуацию.

Последняя насмешка вывела Августа из себя, и он обхватил член, прижимая его к моей влажной киске, а потом резко ворвался внутрь. Ничуть не нежно.

– Август! – вскрикнула я, головой ударившись о стену.

– Ты играешь с огнем, малышка. А значит, хочешь обжечься.

– Дааа, – простонала я.

Август двигался внутри, почти доставляя боль, но мне это нравилось. Нравилось, что он властвовал надо мной.

– Прикоснись к своему клитору, – приказал Август. – Хочу, чтобы ты кричала от оргазма и заставила выстрелить в тебя спермой. Я кончу так глубоко внутри тебя, что ты забеременеешь раньше, чем твои ноги коснутся пола.

Я схватила его за волосы и оттянула голову, чтобы одарить предупреждающим взглядом. Август просто ухмыльнулся в ответ. Мудак.

– Коснись. Сейчас же.

Я закатила глаза от его властности, но все же начала массировать клитор. Наши взгляды сцепились в обжигающей битве воль. Мы оба понимали, что Август вытащит член до разрядки, но мне нравилось дарить ему ощущения, из-за которых он мог потерять контроль и забыться. Ему же, очевидно, было приятно смотреть, как я извивалась, ведь он знал, что в ближайшее время я не планировала иметь детей.

Но однажды...

Я посмотрела на самого красивого мужчину, которого когда-либо видела. Может, он лишь недавно почувствовал ко мне влечение, но я была одержима им многие годы. Я уже его любила. И надеялась, что когда-нибудь он тоже меня полюбит. Я надеялась, что мы сможем развить и сохранить на долгие годы искру, разгоревшуюся между нами.

А потом... в один чудесный день.

Однажды мы сможем завести ребенка.

Август сверлил меня взглядом своих зеленых глаз, он будто проникал мне в голову. Но меня это не пугало. Настоящее взаимопонимание.

Однажды, но не сейчас.

Меня настиг оргазм, и я вздрогнула в объятиях Августа. Он ухмыльнулся, прежде чем вытащил член и обхватил его ладонью. В следующее мгновение на мой живот брызнула горячая сперма.

– Ты вышел, – произнесла я с напускной обидой.

Он рассмеялся.

– Плохая девочка.

– Мне нравится, когда ты меня шлепаешь, – поддразнила я.

Август стал серьезным, когда опустил меня на ноги. Он обхватил ладонями мое лицо и прижался ко лбу своим.

– Ты не переставала мечтать о нас вместе.

– Никогда, – покачала я головой.

– Хорошо, – пророкотал Август. – Потому что теперь я никогда тебя не отпущу.

– Обещаешь?

– Обещаю, – он нежно поцеловал меня. – Неужели маленькая, но такая сильная и независимая Винтер становится со мной более мягкой? – поддразнил Август.

– Только для тебя, – улыбнулась я ему.

– Хорошая малышка. К черту весь мир, теперь у меня есть ты. 

***** 

Я силилась не уснуть на уроке. В последнее время Август не давал мне спать допоздна. Не то чтобы я жаловалась, но, черт возьми, это мешало сосредоточиться на занятиях у тренера Лонга. Я не могла дождаться, когда мы закончим с экзаменами, и у меня появится перерыв на Рождество.

Я почувствовала на себе чей-то взгляд и обернулась, заметив девушку, которую, как я знала, звали Дженна. Ходили слухи, что она была приемной дочерью. Мой отец не так давно выгнал меня из дома, после чего мне приходилось постоянно бороться с эмоциями, но я даже представить не могла, что чувствовала она. Дженна совсем не знала своих родителей. От этой мысли моя тоска по папе лишь усилилась.