Мы объединились и начали браться за более крупные дела, воруя больше, чем «то, что нам было нужно». В конце концов, мы познакомились с определёнными людьми, начали налаживать связи и зарабатывать себе имя.

Затем настали тёмные годы.

Годы с… ним.

Не люблю говорить об этих годах или даже думать о том времени в моей жизни.

Я слабо улыбаюсь, когда Фрей отстраняется, позволяя мне подойти к кровати Дамиана. Сажусь в кресло рядом с ним, прикусывая губу и чувствуя, как у меня перехватывает дыхание, когда я протягиваю руку и кладу её поверх его бледной, неподвижной руки с торчащей из неё капельницей.

— Помнишь его первую реплику?

Я ухмыляюсь, несмотря на ужасное чувство, поселившееся в моей груди, и, закатив глаза, поворачиваюсь к Фрейе.

— Ты имеешь в виду «Скажи мне, когда ты будешь готова перестать тратить время впустую и начать играть в высшей лиге? — ворчу я, стараясь как можно лучше изобразить низкий баритон Дамиана.

И вот так наш с Фрейей дуэт превратился в трио после тёмных лет, которые нельзя назвать. Мы с Фрейей переоделись в обслуживающий персонал на элитном званом ужине в Лондоне, на котором присутствовали VIP-персоны, государственные деятели и несколько криминальных авторитетов.

Мы выглядели как грёбаные бандиты. Я стащила около дюжины шестизначных часов, кучу драгоценностей и даже картину со стены в самом зале. Фрейя улыбалась, разливая коньяк и вино и собирая кредитные карты без лимита в каждом кармане в зале.

Несколько часов спустя мы наслаждались праздничными напитками в пабе неподалёку, когда появился Дамиан.

Позже мы узнали, что это был его паб. То есть он владел этим заведением. Поэтому смог незаметно выпроводить всех сотрудников и посетителей, прежде чем заявить о своём присутствии, чего мы даже не заметили, потому что выпили по четыре порции.

Скажи мне, когда ты будешь готова перестать тратить время впустую и начать играть в высшей лиге.

Я никогда, никогда не забуду, как впервые увидела Дамиана — обернулась и, несмотря на шум, удивилась, увидев этого хорошо сложенного, ростом шесть футов три дюйма, беловолосого, пугающе красивого молодого человека с фиолетовыми глазами и плотоядной дьявольской ухмылкой.

Дамиан был гостем на ужине, который мы только что ограбили. Мы даже украли его часы Rolex. Но он не разозлился.

Он был заинтригован.

Как я уже говорил, мы с Фреей любим получать удовольствие не меньше, чем деньги.

Дамиану нравится причинять боль людям, которых он считает своими врагами. И если он не хочет прямо дать им по морде, то всегда можно нанести удар по кошельку. Думаю, он думал, что мы сможем ему помочь.

Я вздрагиваю, глядя на его бесчувственное тело, лежащее на кровати. Он такой сильный и настоящий любитель физкультуры. Видеть его таким — это просто… сокрушительно.

— Анни.

Поднимаю глаза и вижу, что Фрейя смотрит на меня с затравленным выражением лица. Мы недавно коротко переписывались, и она знает, что случилось с Кензо, но у нас не было возможности поговорить об этом.

Не уверена, что готова к этому, особенно сейчас, когда все происходит с Дамианом.

— Пока нет, — хрипло шепчу я.

Она кивает.

Затем её лицо искажается, и она переводит взгляд на Дамиана.

— Я просто не понимаю, как такое могло произойти…

— Пули.

Мы оборачиваемся, услышав голос Кира — смесь безупречного оксфордского английского и грубого русского тюремного говора, — когда он входит в комнату. Мы с ним почти не разговаривали по дороге обратно в город из поместья Киллиана, да и если бы разговаривали, то всё было как в тумане с тех пор, как я открыла этот чёртов сейф.

В тумане Кензо напугал меня до чёртиков, потащил вниз и объявил на всю вечеринку, что я его невеста.

Да.

Это всплыло в тишине, пока мы ехали обратно в Нью-Йорк. Кир просто покачал головой.

— Не сейчас, Анни, — тихо пробормотал он, ошеломленно глядя в окно. — Не сейчас.

Мое сердце сжимается. Дамиан нам с Фреем как брат, но для Кира он, по сути, сын… с тех пор, как сестра Кира и ее муж умерли, когда Дамиану было семь лет.

— Пули делают это, — тихо говорит он. У Фрейи перехватывает дыхание, когда она подбегает и обнимает его, крепко прижимая к себе, а он похлопывает её по спине.

— Что сказал хирург?

Он выдыхает.

— Он настроен оптимистично. Они извлекли фрагменты пули, застрявшие рядом с лёгкими, так что там всё в порядке. Стрелок промахнулся примерно на миллиметр.

— Слава богу, — хриплю я.

— Но он ещё не выбрался из леса. Они собираются держать его в медикаментозной коме, пока не придумают, как лучше извлечь фрагменты рядом с сердцем. — Глаза Кира блестят. — Я привезу лучшего в мире специалиста из Дубая.

Встаю и подхожу к ним, обнимаю их обоих и поворачиваю голову, чтобы посмотреть на Дамиана.