По лестнице загрохотали шаги, и мгновение спустя в гостиной появился Адамо. Не поздоровавшись, он схватил кусок пиццы, опустился рядом с Савио и начал есть.

Римо покачал головой, но тоже потянулся за куском. Они разделили пиццу, конечно, никто из них не притронулся к моей. Я осторожно взяла кусочек и огляделась в поисках салфеток, которые обычно упаковывала служба доставки, но не нашла.

— У вас есть салфетки? — спросила я, но в ответ получила пустые взгляды.

— Кажется, у нас есть в баре, — сказал Нино. Он собирался встать, но я опередила его. Я повернулась и направилась к бару.

— У нее классная задница, если она не прячет ее под одеждой, — заметил Савио.

Я напряглась, но продолжала двигаться.

— Осторожно, — пробормотал Нино таким голосом, что у меня волосы на затылке встали дыбом.

— Она не одна из наших шлюх, Савио. Она принадлежит Нино, и тебе лучше запомнить это, когда в следующий раз откроешь свой гребаный рот, — пробормотал Римо.

— Блядь. Не связывай свои трусики в кучу, — сказал Савио.

Расслабившись, я нашла горсть салфеток рядом с несколькими грязными стаканами для виски, подняла их и направилась обратно, надеясь, что мои щеки не покраснели. Пристальный взгляд Нино скользнул по моему лицу, когда я опустилась рядом с ним. Я положила салфетки на стол, и положила одну на колени и взяла свой кусок пиццы.

— Савио сожалеет, понимаешь? Он просто глупый идиот, — сказал Адамо, поймав мой взгляд через стол с усмешкой. Я улыбнулась в ответ.

— Заткнись, — сказал Савио.

Я встретилась с ним взглядом. В его темных глазах была настороженность и любопытство. Он все еще считал меня незваным гостем. Я поняла. И кроме Римо, он открыто это показывал. Это была одна из немногих вещей, которая напомнила мне, что он был на два года моложе меня.

Откусив еще кусочек пиццы, я обрадовалась, когда внимание вернулось к бою в клетке на экране телевизора, который я пыталась игнорировать. Я знала, что Леона работала там какое-то время, и я задавалась вопросом, как она могла выдержать насилие.

— Где Фабиано? — спросил Адамо с набитым ртом.

— С Леоной, — просто ответил Нино.

Савио закатил глаза.

— Взбитые киски.

После третьего куска я наелась. Больше половины пиццы осталось. Мужчины, конечно, проглотили все до последнего кусочка.

— Можете съесть мою пиццу, если все еще голодные, — предложила я.

Четыре головы повернулись в мою сторону.

— На ней нет ничего мертвого, — сказал Савио.

— Мы можем изменить это в мгновение ока, — сухо сказал Нино.

— Я уверен, что есть пара конечностей, которые тебе не нужны, — добавил Римо, обменявшись ухмылкой с Нино.

Савио фыркнул.

— Если что-то и произойдёт с пиццей, то она будет с членом Адамо. Он все равно им не пользуется.

Адамо покраснел, взглянул на меня, прежде чем нахмуриться на брата. Они, наверное, начали бы драться, если бы меня там не было.

— Очень вкусно. Тебе не нужно добавлять конечности или другие части тела, поверь мне, — сказала я, прежде чем это вышло из-под контроля.

Нино пожал плечами, взял кусок, откусил огромный кусок и удовлетворенно кивнул.

— Это съедобно.

Я фыркнула. Откинувшись на подголовник, я поджала под себя ноги. Нино положил руку мне на плечо. Я придвинулась немного ближе к нему, пока не прижалась к нему. Его серые глаза на мгновение остановились на моем лице, прежде чем он опустил руку и положил ее мне на бедро.

— Почему ты не ешь мясо? — спросил Римо, откидываясь на спинку кресла и поглощая второй кусок моей вегетарианской пиццы. Он выглядел довольно расслабленным.

— Я люблю животных. — сказала я. Я не хотела спорить с ними о жестоком обращении с животными на мясокомбинатах, потому что сомневалась, что они поймут; в конце концов, они пытали людей ежедневно.

— Мне они тоже нравятся. Лучше, чем большинство людей, — пожал плечами Римо. — Но это не значит, что я их не ем.

— Я предпочитаю сосиски, — усмехнулся Савио, но он тоже съел кусок моей пиццы и растянулся на диване, положив босые ноги на ноги Адамо, который в свою очередь сморщил нос.

— Отлично, теперь мне придется весь вечер нюхать твои ноги.

Я не могла удержаться от смеха. Нино бросил на меня взгляд, но я не смогла прочесть выражение его лица. Римо тоже смотрел на меня, и на этот раз он не выглядел злым или разъяренным, но он тоже мешал мне оценить его эмоции.

— Как насчет того, чтобы посмотреть этот бой сейчас? — сказал Римо через мгновение и прибавил громкость.