Часть футболки прилипла к ране у меня под ребрами. С рывком она оторвалась.

– Дерьмо, – пробормотал я, когда начала сочиться кровь.

– Надо наложить швы, – пробормотал Гроул.

Я приподнял бровь.

– Ага, спасибо. Но если ты не заметил, я был занят гниением в камере.

Снова кивок.

– Так это ты позаботился о собаках?

– Они заслуживают лучшей жизни.

– Спасибо.

Гроул кивнул.

– Доверие Луки нужно заслужить. Раньше я был врагом. Но теперь нет.

Я снял оставшуюся одежду.

– Сомневаюсь, что ему это нужно на самом деле.

– Если бы он хотел твоей смерти, ты был бы мертв, но он дал тебе шанс, который мало у кого есть. Не облажайся.

Я со стоном вошел в душ.

Тридцать минут спустя я последовал за Гроулом на улицу. Джинсы и рубашка были немного маловаты для моего высокого роста. Они явно не принадлежали Гроулу. К моему удивлению, Маттео Витиелло ждал на подъездной дорожке рядом с байком.

Рядом с гладким черным «Кавасаки».

– Смотри, не облажайся, – сказал Гроул на прощание.

Я направился к Маттео, который, по-видимому, ждал меня.

– Гроул не самый общительный, не так ли?

Усмешка Маттео стала вызывающей.

– Но, думаю, Гроул раскроется тебе больше, как только ты начнешь с ним работать.

Было очевидно, что он не верил, что я это сделаю.

– Похоже на то. Ты можешь вызвать для меня такси, раз уж мой телефон и байк превратились в пепел.

– Куда направляешься? – спросил Маттео все с той же улыбкой, от которой мне захотелось его вырубить.

– Мне нужно заняться делами и проверить, как там моя мать.

– Какого рода делами? Встретиться со старыми друзьями?

– Мои старые друзья либо мертвы, либо жаждут моей крови, – сказал я с суровой улыбкой. – Но есть несколько старых накоплений, которые я хотел бы найти, прежде чем это сделает кто-то другой. Я на мели. И уж точно не собираюсь одалживать денег у Семьи.

Расчет и недоверие в глазах Маттео по-настоящему выводили меня из себя. После нескольких дней в вонючей камере, где почти не было еды и воды, я не был в настроении для бредовых разговоров. Он не должен был любить меня или доверять. Марселла была всем, что имело значение.

Маттео указал на «Кавасаки».

– Знаешь, почему бы тебе не взять мой байк. Это не «Харлей», но ты можешь отправиться на нем туда, куда нужно.

Я изогнул брови.

– Ты отдашь мне свой байк?

– Уверен, ты вернешь его, как только разберешься с делами.

По голосу Маттео было ясно, что он думал, будто я сбегу и никогда не вернусь. Я взял ключи, которые он протянул.

– Спасибо. Я позабочусь о нем, – сказал я с вымученной улыбкой. – Мне вызвать тебе такси?

Маттео одарил меня усмешкой.

– О, не волнуйся. Я поеду с Лукой.

Ну конечно, дон все еще был где-то поблизости. Они, вероятно, соберутся вместе, как только я уеду, чтобы обсудить меня, и возможно, даже пошлют кого-нибудь за мной, чтобы проверить, не делаю ли я что-нибудь против Семьи.

– Как только вернешься, нам нужно будет многое обсудить. Если ты хочешь быть с Марселлой, мы должны договориться о помолвке и свадьбе, сменить твой гардероб и дать несколько уроков этикета, чтобы ты мог влиться в ее круг общения.

Придурок издевался надо мной. Словно он или Лука хотели, чтобы я женился на Марселле. К сожалению, его слова произвели желаемый эффект. Мое тело встрепенулось при одной мысли о сказанном. Я не хотел, чтобы меня превращали в кого-то другого. Черт, брак всегда был для меня чем-то бесполезным.

Я надел шлем и завел мотоцикл. Маттео отступил назад. Отдав честь, я уехал. Я подавил желание оглянуться через плечо. Повернувшись спиной к Витиелло, я все еще испытывал озноб. Езда на «Кавасаки» вызывала во мне совершенно новые чувства. Я предпочитал ровный гул «Харлея» и испытал острую боль, когда подумал о своем теперь сгоревшем байке. И все же знакомое чувство свободы, которое всегда дарил мотоцикл, охватило меня.

Мог ли я отказаться от своей свободы, своего образа жизни, даже от части себя ради Марселлы?

Марселла

Мама с беспокойством смотрела на меня, когда мы сидели за обеденным столом. Мэддокса отпустили утром, и Маттео даже дал ему свой мотоцикл, потому что Мэддоксу нужно было выполнить несколько дел. Я подозревала, что он отправился на поиски своего брата и матери, чтобы убедиться, что с ними все в порядке. И все же надеялась, что он придумает способ связаться со мной.

– Маттео не следовало отдавать ему свой байк. Я просил, чтобы он дал мне на нем покататься, несколько месяцев, а он просто подарил его нашему врагу, – пробормотал Амо.

– Это не подарок. Он одолжил его и вернет мотоцикл, как только приедет обратно, – твердо сказала я.

Амо покачал головой.

– Ага.