Брат, которого я знала в прошлом, воспринимал бои, как забавную игру. В будущем ему предстояло стать доном, но он еще не был к этому готов. Он был дерзким, ищущим острых ощущений парнем, которому нравилось производить впечатление на девушек своим будущим статусом и внешностью. Он прошел официальное посвящение. До этого момента папа держал его подальше от ужасов нашего бизнеса по просьбе мамы. У Амо всегда имелась склонность к насилию. Она текла у него в крови, как и у меня, хоть и не так ярко. Внутри меня она дремала. И теперь, увидев окровавленное лицо и глаза брата, наполненные жаждой мести, такие же, как у отца, я поняла, что его истинная природа пробудилась.

Мэддокс оттолкнул меня, когда другой байкер прыгнул на нас, и заколол еще одного из своих братьев ради моего спасения. Справа за диваном я заметила Грея. Мэддокс будет опустошен, когда поймет, что его брат не сбежал, а остался, чтобы сражаться.

Еще больше мужчин Семьи ворвались в клуб, и Эрл с несколькими байкерами бросились к лестнице в поисках безопасного места на втором этаже. Мэддокс схватил меня за руку и помог подняться на ноги, таща через комнату и прикрывая своим телом.

– Иди к своей семье.

Он толкнул меня вперед, подальше от своего теплого тела, и я, сбитая с толку, спотыкаясь, сделала несколько шагов. Маттео подхватил меня на руки, и я ахнула от боли, когда он коснулся спины. Он мельком взглянул на мою обнаженную спину, и его лицо исказилось сначала от недоумения, а затем от ярости.

– Я буду переполнен восторгом, убивая их.

– Отведи Марси в безопасное место, – прорычал папа. Марси – это имя больше не казалось подходящим для девушки, которой я стала.

Маттео потащил меня прочь из клуба, но я повернулась в его объятиях, обращаясь к папе.

– Не убивай его! – я указала на Мэддокса, но больше ничего не смогла сказать, так как Маттео крепче обнял меня и увел из клуба. Мой взгляд скользнул по Мэддоксу и его прощальной улыбке, когда он стоял весь в крови среди своих мертвых братьев по клубу. Он смирился со смертью. Последним, что я видела, было то, как он запрыгнул за диван рядом со своим братом Греем, чтобы сражаться на его стороне.

– Нет! – закричала я.

– Идем, Марселла. Давай отведем тебя к врачу.

Я пристально посмотрела на дядю.

– Скажи папе, что он не может убить Мэддокса.

– Позволь нам с твоим отцом разобраться с этими уродами. И не волнуйся, твой отец хочет оставить как можно больше из них в живых для допроса и тщательной расплаты.

Я оглянулась на клуб, когда, спотыкаясь, шла рядом с дядей. Двое вооруженных охранников сопровождали нас и не ушли, даже когда мы сели в черный фургон. Внутри уже ждал доктор Семьи. Папа продумал все.

– Почему Амо не отвел меня в безопасное место? – спросила я, удивленная тем, что отец позволил ему остаться. Маттео покрутил нож в руке, явно желая использовать его на ком-нибудь.

– Твой брат настоял, чтобы ему разрешили сражаться, а Лука предпочитает следить за ним, чтобы он не наделал глупостей. Но я позабочусь о твоей безопасности. – Его губы растянулись в улыбке, которая выглядела совершенно неправильно. Маттео был слишком спокойным человеком для мафии, но сегодня его темная сторона проявила себя.

Выражение его лица вновь исказилось, когда он взглянул на мою спину. Я могла только представить, как она выглядела. Я повернулась к нему лицом.

– Ты не мог бы отправиться к папе и сказать ему, чтобы он не убивал Мэддокса? Иначе я не позволю доктору осмотреть меня.

Маттео с любопытством вгляделся в мое лицо.

– План состоит в том, чтобы оставить Эрла, Мэддокса и Грея Уйта, а еще сержанта по безопасности в живых, чтобы мы могли как следует разобраться с ними в ближайшие несколько дней. – В его голосе послышалось волнение, напомнившее мне истории о склонности Маттео к пыткам, которые я слышала. Это всегда было трудно представить, учитывая, каким весельчаком он часто был.

– Все остальные в безопасности? Мама? Валерио? Изабелла и Джианна? Лили и дети? – Я бормотала что-то бессвязное, мои губы двигались сами по себе.

– Ромеро и Гроул отвечают за их безопасность. Не переживай. Скоро все закончится, и люди, причинившие тебе боль, станут едой для собак.

Мэддокс.

Я знала, что планировала моя семья, но у меня было время, чтобы понять, что делать с Мэддоксом и как убедить папу не разрезать его на крохотные кусочки. Мне оставалось только молиться, чтобы Мэддокса сегодня не убили.

– У тебя есть какие-нибудь травмы? – спокойно спросил доктор, садясь на скамейку рядом со мной. Я осторожно коснулась уха, которое Мэддокс вчера перевязал.

– Мое ухо и спина.

– Давай начнем с твоей спины, хорошо?

Я просто кивнула. У доктора была полный доступ к моей ране из-за разорванной футболки.

После нескольких минут осторожных надавливаний он сказал: