Мне нужно было перестать думать об этом, иначе сегодня вечером я буду в ужасе, а я этого не хотела. Я не хотела, чтобы Лоркан знал, что я в равной степени напугана и возбуждена им. Более того, я хотела насладиться своим первым разом, несмотря на то, кто был моим мужем. Патрик, вероятно, получал огромное удовольствие, и я бы тоже.

Когда я вышла из ванной, Лоркан лежал в постели, и он был значительно менее одет… если глаза меня не обманывали. Тонкая простыня была накинута на его таз, обнажая дорожку темных волос между пупком и намеком на волосы на лобке. У него был аппетитный пресс, широкие плечи и сильные руки. Волосы на груди были подстрижены и придавали ему мужественный, суровый вид, от которого по моему телу прошла новая волна тепла.

— Подойди ближе, — грубо сказал он, едва дав мне время оправиться от шока и возбуждения при виде его.

Каждое здравое зерно в моем теле призывало меня бежать, но я не была бегуньей и не отступала, пока не нашла Имоджен или человека, ответственного за ее исчезновение. Однако после этого я побежала бы так быстро, как только могли нести меня мои короткие ноги, и спряталась бы со своей семьей в самом дальнем уголке мира, где нас не смог бы найти даже Девани.

Нервы почти сдали, когда я подошла к своему мужу-зверю. Он прислонился к изголовью кровати, его одежда была небрежно разбросана по полу. Тонкое одеяло не оставляло абсолютно ничего для воображения. Очертания шокирующе большого члена были вполне определенными. Он еще даже не был эрегирован, только покоился на левой верхней части бедра.

Я видела Патрика голым пару раз, но до Лоркана он не дотягивал. Я и раньше видела мальчиков и мужчин в плавках, так что видела очертания случайных пенисов, и даже видела несколько без трусов, когда пьяные парни мочились на улицах, но они выглядели комично маленькими по сравнению с тем, что Лоркан Девани скрывал под одеялом.

В своей белой ночной рубашке я чувствовала себя девственной жертвой, которую собираются зарезать. Лоркан наблюдал за мной, как охотник, когда я придвинулась ближе к кровати. Мои колени ударились о матрас, и я остановилась. Мое сердце билось так быстро, а пульс так яростно, что я была уверена, что Лоркан его слышит. Внезапно мысль о том, что Имоджен не так давно могла оказаться в таком же положении, а потом исчезнуть, не сказав ни слова, зазвучала в моей голове как нервная мантра.

Он сел и скользнул на край кровати, отчего простыня сползла еще ниже, обнажив лобок, покрытый подстриженными темными волосами, и основание толстого члена, который медленно наполнялся кровью. Инстинктивно я сделала шаг назад и прокляла себя за это. Лоркан наклонил голову.

— Как маленькая птичка, которая вот-вот взлетит, — проурчал он. Я не могла оторваться от созерцания брызг крови на его руках и лице. Он раздвинул ноги и поставил ступни по обе стороны от меня, закрыв меня своими массивными бедрами. Только край одеяла теперь прикрывал его член. Его голова поднялась к моей груди. Было странно смотреть на такого мужчину, как он. Однако он не испытывал никаких проблем, глядя на меня сверху. Лоркан не испытывал недостатка в уверенности.

— Ты боишься меня, Эйслинн?

От того, как он произнес мое имя своим глубоким голосом, у меня до сих пор мурашки по коже.

— Кто-нибудь не боится тебя, Лоркан?

— Ммммм, — хмыкнул он, схватившись за подол моей ночной рубашки и начав стягивать ее через голову. Даже когда меня охватило беспокойство, я подняла руки, чтобы облегчить ему задачу. Я согласилась на это и не могла рисковать попасть в неприятную ситуацию с Лорканом, если хотела, чтобы все получилось. Это было ради Имоджен, ради правды, даже ради мамы.

— Твой дядя заверил меня, что воля Божья состоит в том, чтобы муж заключил брак в брачную ночь. Это обязанность мужа.

Гулливер был таким ублюдком. Почему его волнует, спим ли мы с Лорканом вместе?

— Ты такая же религиозная, как твой дядя? — спросил он.

— Я верю в Бога, — сказала я.

— Так ты согласна, что мой долг перед Богом — потребовать тебя сегодня ночью?

Я стиснула зубы, когда волна гнева обрушилась на меня. Человечество слишком часто использовало предполагаемую волю Бога для удовлетворения своих собственных желаний. — Сделай мне одолжение, не притворяйся, что делаешь это из благочестия, когда мы оба знаем, что ты не веришь в Бога и делаешь это только по собственному желанию.

Лоркан мрачно улыбнулся. — Не говори мне, во что я верю, Эйслинн. Но ты права. Я буду трахать тебя всю ночь, потому что мой член взывает к твоей сладкой киске с того самого момента, как я увидел тебя. После того, как я заставил тебя так сильно кончить, звук стал только громче, и тем лучше, если я следую совету священника, не так ли?