— Лас-Вегас под моим контролем. Западное побережье под моим контролем. Но в какой-то момент даже моего контроля будет недостаточно. Даже самая сильная империя может пасть, если король не позаботится о том, чтобы его подданные чувствовали себя в безопасности, — его голос дрожал от сдержанности. Он хотел убить меня, и он знал, что должен это сделать.

— В безопасности ли они, Невио? Есть ли предел тому, на что ты способен, потому что в последнее время я боюсь, что его нет.

Мне следовало солгать, но я не хотел.

— Я не знаю. Я бы хотел, но не верю, не на сто процентов, — я пожал плечами. — Ты абсолютно уверен, что никогда не причинил бы вреда людям, которых любил?

— Да, — твердо сказал он. Я задавался вопросом, действительно ли его уверенность исходила из убежденности или потому, что он думал, что, произнеся это вслух, это станет правдой.

— Если бы я думал, что когда-нибудь смогу причинить вред нашей семье, я бы ушел и никогда не возвращался, папа, — сказал я наконец, потому что это была правда.

— Тебе лучше сделать это, — пробормотал он. В его глазах отразилась боль. — Не заставляй меня, блять, действовать силой. Это убьет твою маму. Это убьет Грету, — он сглотнул, его хватка на моем горле усилилась. — Это убьет меня.

— Ты же знаешь, папа, как хорошо я умею убивать, — сказал я.

ГЛАВА 33

Аврора

Я еще раз взглянула на часы, но Невио так и не пришел. Он опаздывал. На тридцать минут, если быть точной. Мне нужно было уходить на работу примерно через двадцать минут, а Карлотте — через десять минут в колледж. Диего, как обычно, заедет за ней и отвезет туда.

— Он еще даже не получил мое сообщение, — пробормотала я, уставившись на свой телефон.

Глупая часть меня беспокоилась, что с ним случилось что-то, что помешало ему прийти вовремя, хотя я знала, что Невио просто был собой. Я видела, как ускользает его обещание дать нам реальный шанс. Я не была уверена, то ли он не мог этого сделать, то ли не хотел. Вероятно, это было сочетание того и другого. Мое сердце заныло, а в животе стало пусто, когда я обдумала, что это значит. Я очень четко обозначила Невио свои границы, и на этот раз я не сдвинусь с места. Мне было все равно, горело ли мое тело от его прикосновений, а мои сны воспроизводили удовольствие, которое он мне дарил. Мне было все равно, означало ли это навсегда отказаться от нас с Невио, потому что другой вариант означал отказ от меня. Я бы не стала этого делать, даже ради Невио. Он не сделал ничего, чтобы заслужить это, и я сомневалась, что когда-либо случался момент, когда кто-то действительно стоил того, чтобы отказаться от всего, что делает тебя самим собой.

Карлотта с тихим вздохом поставила свой рюкзак на стойку.

— Возможно, это то, чего ты боялась: что он полностью отступит, что он струсил после того, как пообещал тебе прогресс. Может быть, то, что он является твоим призраком, действительно тот знак, который тебе нужен.

— Мне не нужен еще один знак, чтобы понять, что отношения между мной и Невио не сложатся. Мне нужен кто-то, кто присматривал бы за Баттистой, и этим кем-то должен быть его отец.

Карлотта кивнула с выражением сострадания на лице, но я могла сказать, что она также думала, что это отчасти моя вина. И она была права. Мне следовало сдержать обещание, данное самой себе после вечеринки. Вместо этого я пала жертвой обольщения Невио. Кто знал, что преследование меня и доведение до грани заведет меня?

Я сжала губы, затем кивнула.

— Ты права. Я слишком долго оправдывала его. Я позволила ему оставаться безответственным, потому что у него была я для выполнения его обязанностей.

Карлотта подошла ко мне и обняла.

— Если он не появится сегодня и у него не будет веского оправдания, тебе нужно рассказать его родителям о Баттисте.

Я кивнула, и Карлотта отстранилась. Она поцеловала меня в щеку.

— Мне действительно нужно идти, иначе придет Диего. Он уже задается вопросом, почему я никогда не приглашаю его войти.

— Я знаю. И спасибо, что всегда прикрываешь мою спину.

Карлотта улыбнулась, затем повернулась и подошла к Баттисте в его манеже, чтобы поцеловать его в лоб, прежде чем схватить свой рюкзак и уйти. Баттиста с трудом встал на ноги и с надеждой посмотрел на меня. Я подошла к нему и взяла на руки, затем подула на его пухлую щечку, отчего он безудержно захихикал. Так я опоздаю на стажировку, и доктор Джентиле будет совсем не впечатлен. Я опустила Баттисту на землю, несмотря на его протесты, и взяла свой мобильный телефон, чтобы позвонить в больницу. После того, как я закрыла кухонную дверь, чтобы Баттиста не побеспокоил меня, я сказала, что заболела.