– Вот мое любимое, – простонал он мне в плоть. Я крепче сжала его волосы, и, поняв намек, он погрузил язык в меня. Мэддокс и впрямь не торопился, доводя меня до грани только для того, чтобы вновь отстраниться и поцеловать внутреннюю сторону бедер.

Он наверняка хотел, чтобы нас поймали, но мне было все равно. Я сильнее дернула его за волосы.

– Мэддокс, – прошипела я.

Он усмехнулся.

– Чего ты хочешь?

– Я хочу кончить.

Мэддокс легонько поцеловал меня.

– Хочешь кончить на мой грязный байкерский рот?

Я кивнула.

– Скажи вслух, Белоснежка.

Я впилась в него взглядом.

– Я хочу кончить на твой грязный байкерский рот.

Он сомкнул губы вокруг моего клитора и начал сосать. Я кончила за считаные секунды, отчаянно качая бедрами.

Когда Мэддокс выпрямился, то выглядел самодовольным. Я спрыгнула на пол, не отрывая от жениха взгляда, и стянула с него штаны, освободив эрекцию. Взяла оставшийся ванильный крем и провела им по головке. Не теряя ни секунды на размышления, опустилась на колени и слизнула крем с члена.

– Черт, возьми его! – простонал Мэддокс, и его пальцы запутались в моих волосах.

Я обвела языком головку, слизывая крем, а затем выпрямилась.

– Нет времени, нужно определиться со вкусами.

– Белоснежка, не будь жестокой.

Я улыбнулась.

– Это течет в моей крови. – Я открыла дверь. – Никакого секса до брачной ночи.

– Черт, – проворчал он, когда я вышла.

Тетя Джианна организовала девичник, гарантируя, что он не будет утомительным, как принято в наших кругах. Ведь женщинам не положено веселиться до свадьбы или без присутствия мужа.

Помимо женщин из огромной семьи Витиелло, я пригласила двоих подруг из колледжа, с которыми виделась несколько раз после похищения. Поскольку их отцы были бизнесменами, входившими в тот же круг, что и мы, они не представляли никакой угрозы.

Сделав маникюр и педикюр, мы напились в лимузине для вечеринок на площади Таймс-сквер, прежде чем шофер припарковался в переулке за заведением моего отца. Это был стриптиз-клуб, где один этаж – с женщинами-танцовщицами, а другой – с танцорами-мужчинами.

Двое из вышеупомянутых танцоров подошли к нашей машине и устроили потрясающий стриптиз на крыше и капоте. Я предположила, что Джианна еще не закончила злить папу, хотя у меня тоже имелся к этому талант.

Когда парни начали срывать штаны, демонстрируя крошечные стринги, некоторые женщины в лимузине даже закрывали глаза, беспокоясь о будущей реакции мужей.

На следующее утро я рассказала об этом Мэддоксу по телефону. Он рассмеялся. Подходящий мужчина для меня.

– Ты мог бы пригласить брата. Как-никак, это твой день, – заметила Марселла, когда мы в последний раз просмотрели список гостей.

Я покачал головой. Я жил в двух мирах. Один уходил корнями в прошлое, в воспоминания. Другой был моим настоящим и будущим. Если бы Марселла заставила меня выбирать, я бы выбрал ее и будущее, но она этого не сделала.

Тем не менее, если позволить двум мирам пересечься, это неизбежно закончится трагедией, а у меня их уже было вдоволь – хватит на всю оставшуюся жизнь.

– Твоя мама не приедет?

Я сказал маме, что ее пригласили, но она отказалась. Неудивительно. Мать начала встречаться с байкером из «Тартара» и вернулась в Техас, где связь между последователями клуба по-прежнему оставалась наиболее прочной.

У меня было предчувствие, что Грей присоединился к ней, чтобы возродить прежнюю мощь «Тартара». Надеюсь, он будет держаться подальше от дел итальянской мафиозной семьи.

– Может, мы навестим ее. Я еще не встречалась с ней.

Я переплел наши пальцы.

– Послушай, Марселла, мама живет байкерским образом жизни. Она никогда не захочет иметь дело с вашим кругом. И я, черт возьми, не возьму тебя на вражескую территорию.

– Каморра нам не враги. Мир до сих пор сохраняется.

Я покачал головой.

– Рано или поздно все разрушится, я имею в виду «Тартар». Пусть сейчас они не сильны и не проявляют явного интереса к тебе или твоей семье, но большинство парней, в отличие от меня, не помирились с Лукой. Не собираюсь искушать их очередной попыткой мести. Ты знаешь, я бы убил их, чтобы защитить тебя, но, боюсь, Грей вступил в их ряды в главном отделении в Техасе.

Она взглянула в мои глаза.

– Справишься ли ты, если на свадьбе не будет никого из родных?

Мама упустила много важных событий в моей жизни. А что насчет Грея? Было бы эгоистично с моей стороны пригласить его, учитывая опасность, которой брат может подвергнуться. Окажись он в комнате с сотнями солдат Семьи и Каморры, торжество бы закончилось катастрофой. А мне, черт возьми, не хотелось кровавой свадьбы.

– Единственный человек, который мне нужен, – это ты. Поверь мне, – решительно заявил я.

– Хорошо, – медленно проговорила она. – А мальчишник? Маттео предложил организовать его, но ты был против. Ты уверен, что не пожалеешь, если не устроишь грандиозный мальчишник?

Я ухмыльнулся.