Он приходил в бар каждый день, иногда с Дэвидом, этим его жутким закадычным другом, которым всегда носит солнцезащитные очки в помещении. Хотя несколько раз он был один. Конечно, я не сомневалась, что он повсюду распихал целую армию людей, так что мы никогда по-настоящему не были наедине, но, когда он приходил без Дэвида, то звал меня пообедать с ним, даже если мой рабочий день был в самом разгаре. Бруно знал, кто этот человек, и что происходит, поэтому давал мне столько перерывов, сколько нужно. Как только Сальвадор входил в бар, он полностью контролировал его, и это продолжалось до тех пор, пока он не выходил за дверь.

Он также контролировал меня.

Как ни странно, постепенно я привыкла к его присутствию. Нет, я вовсе не перестала бояться его, просто привыкла к этому страху. Страх того, что он хотел от меня, и того, что он сделает в следующий раз, стал таким же мягким и легким, как мое любимое покрывало. И, так как он был самым страшным из всех, я больше не боялась никого, кроме Сальвадора. Бруно по сравнению с ним был жалким щенком. Все мои страхи объединились в толстом усатом человеке с пивным животом и редкими волосами. Человеке, который управлял миром насилия, и скоро будет управлять еще и моим миром.

Потому что, когда он спросил меня, пока мы прогуливались по пристани, я знала, что должна сказать «да».

Если быть честной, часть меня хотела упасть в обморок от его предложения. Когда Сальвадор встал на одно колено и взял мою руку своими потными ладонями с большими толстыми пальцами, я пыталась заставить свой разум и сердце поверить в то, что он знал меня, заботился обо мне, любил меня. Но, конечно, он просто хотел, чтобы рядом с ним был кто-то, выглядящий красиво, кто также согреет его постель. Что еще он мог хотеть от меня спустя всего несколько недель знакомства?

Поэтому я сказала «да» и попыталась поверить, что действительно хочу этого. Не сомневаюсь, что, если бы я сказала нет, меня бы убили — ни одна женщина никогда не отказывала Сальвадору Рейесу.

— С тобой будут обращаться как с принцессой, — сказал он мне с глупой кривой ухмылкой на лице. — Все, о чем ты попросишь, будет твоим, и ты будешь даже богаче президента.

В этот момент я нашла толику надежды, за которую могла зацепиться. Женившись на самом известном наркобароне страны, человеке, под каблуком которого находились политики и полицейские, человеке, у которого было столько денег, что он, возможно даже не знал, что с ними делать, я куплю себе безопасность ото всех, кроме него, и куплю себе и родителям ту жизнь, о которой мы, в противном случае никогда бы не узнали. Мне больше не придется работать на Бруно, и о моих родителях будут заботиться.

От этой мысли я, наконец-то, смогла искренне улыбнуться Сальвадору. Он ответил мне первым поцелуем, во время которого его усы щекотали мою верхнюю губу. Я бы хотела что-то почувствовать от этого поцелуя, но все на чем я могла сконцентрироваться, это два чувства: облегчение.

И страх.

— Ты согласилась? — тихо спрашивает мама, возвращая меня в реальность к кухонному столу, одна ножка которого шатается, к потолочному вентилятору, который абсолютно не рассеивает горячий воздух, и к добрым, но опустошенным глазам моего отца, который уставился на маму так, будто видел ее впервые за сегодня.

Я киваю и промокаю рот салфеткой.

— Да. Увидишь, мам, это к лучшему.

Она насмешливо взглянула на меня.

— Ты ведешь себя так, как будто брак — это сделка, — когда я не ответила, она продолжила. — Так что ты получишь от этого брака?

— Я же сказала, он очень богат. Он будет обеспечивать меня, а я смогу позаботиться о вас, — я быстро тянусь через стол и накрываю ее руку своей. — Мам, пожалуйста поверь, все будет хорошо.

— По твоему голосу так не скажешь. Я совсем не слышу в нем счастья.

— Но я счастлива. По крайней мере, со временем точно буду. Просто это все неожиданно и…

— Ну и кто же этот внезапный жених?

— Ты его не знаешь, — осторожно начала я. — Но он очень властный и влиятельный.

— Чем он занимается? — спрашивает она, и я слышу стальные нотки в ее голосе. Она прекрасно знает, что в нашей стране никто не сможет разбогатеть законным путем.

Все, что я могла сделать, это сказать ей правду. Она причинит ей боль, но также сохранит ее в безопасности.

— Его зовут Сальвадор, и он глава картелей.

Рот моей мамы раскрывается от шока, а папа в это время бормочет свои первые слова за этот вечер.

— Сальвадор Рейес, — задумчиво произносит он. — Он плохой человек, очень плохой.

Ну конечно, он может забыть свою жену и дочь, но никогда не забудет пресловутого наркобарона.

— Луиза, — говорит мама бездыханно. — Сейчас самое время сказать, что ты просто разыгрываешь нас.

Я напряженно улыбаюсь ей.

— Если я скажу это, то мои слова будут ложью, мам.