Катон держит меня за руку, несмотря на шепот, взгляды и рев, требующий ответов, когда мы идем перед его народом. Я думала, что нас просто проведут перед ними, но я ошибалась. Было созвано собрание, и они заполнили лекционный зал в здании, где нас оставили на сцене. Брат Катона прохаживается перед своими людьми, все время бросая на меня взгляды, полные отвращения, но я упорно не желаю отступать, особенно когда Катон стоит рядом со мной и принимает все это с ровным спокойствием, которое, кажется, действует даже на меня. В конце концов, его люди затихают, и Катон прочищает горло.

Видно, что они уважают и заботятся о нем — это заметно по их обиде.

— Мое племя, сегодня я перед вами, потому что нарушил наши законы. Я приютил человека. — Раздается рев, но трудно разобрать, что они говорят. Ясно одно — они злятся. Не обязательно на него, но и на меня. — Она была ранена, напугана и бежала через наши земли. — Так ли это? Неужели Катон солгал, чтобы защитить меня? — Она женщина, и не солдат, а ученый.

Глаза переходят на меня, и я понимаю, что их страх делает их опасными. Он застонал, потирая лицо.

— Пожалуйста, позвольте мне объяснить.

Тогда я делаю шаг вперед.

— Я могу говорить, пожалуйста?

Катон смотрит на меня и кивает, а я жду, пока они не затихнут настолько, что я смогу говорить. Я не знаю, что скажу, но мне это важно. Если Катону придется отвечать за то, что спас меня, то они заслуживают правды. Я не желаю им зла, даже если они мне не поверят.

— Да, я ученый. И прекрасно понимаю, почему это должно пугать, но клянусь своей жизнью, я здесь не для того, чтобы причинить вам вред, и я не такой ученый, как те, кто это сделал. Я верю в науку, в способность найти истину во Вселенной, найти объяснение необъяснимому, но никогда не причинять вреда. Никогда. Я не знала правды в поступках моего народа, но меня послали сюда, чтобы забрать их эксперименты. Как только я узнала правду, мне стало плохо, и я отказалась. Я помогала Катону собирать их исследования и прятать их от людей, которые могли бы снова использовать их против вас. Я знаю, вы, наверное, не верите мне, и это нормально, но, пожалуйста, не злитесь на Катона. Он не убил меня, потому что ему было жаль меня. Я не понимала последствий, и бегала по вашему миру. Ему было неприятно скрывать это от вас, но, узнав, зачем я здесь, он захотел защитить вас от моего народа и того, что они сделали с вами и еще явно хотят сделать. — Я оглядываюсь на Катона. — Катон хороший человек, разрывающийся между долгом и правильными поступками. — Я смотрю на лекционный зал, до краев заполненный монстрами всех возрастов и размеров, на море красного цвета, умоляя их понять меня.

Молить о жизни монстра, как странно.

— Я не знала, чем занимался мой народ. Я знаю, что это не оправдание, но это правда. Он оставил меня в живых, потому что думал, что я могу помочь, что я что-то знаю, и я знаю. Я не просто ученый, я работала в их лаборатории. Над другими исследованиями. Они не обращали на меня внимания, потому что я женщина, поэтому свободно общались между собой. Я знаю больше, чем они думают. Я знаю, как они думают и чего хотят. И отдавать им исследования я не собираюсь, даже если ценой будет моя жизнь. Я хочу помочь вам. Я не заслуживаю вашей милости после того, что сделал мой народ, но все равно прошу о ней. Прошу позволить мне помочь вам, и если вы не хотите, я пойму, но, пожалуйста, не сваливайте все на Катона. Он виновен лишь в том, что любил свой народ так сильно, что готов был нарушить ваши законы, чтобы уберечь вас от тех, кто мог бы причинить вам вред. — Я смотрю на его брата. — Даже если его возненавидели бы в ответ. Спасибо.

Я отступаю назад и вижу, что Катон наблюдает за мной, приоткрыв рот а в глазах теплится нежность, а затем он прочищает горло.

— Мы как раз возвращались из лаборатории, когда нас нашли. Я не должен был лгать. Мне следовало рассказать об этом соплеменникам, когда я узнал, но я… я хотел защитить вас. Мы обрели образ жизни, безопасность и свободу, и я надеялся сохранить это. Я знаю, что это неправильно, и следовало поделиться своими опасениями, но я сделал это из любви, уверяю вас. Я не буду просить пощады, я подчинюсь любому вашему желанию, но если вы решите, что я должен уйти в отставку или изгнать меня, пожалуйста, знайте: мне повезло быть вашим лидером и видеть, как наш народ растет после такой боли, и я надеюсь, что однажды вы сможете понять мой проступок.

Когда Катон отходит, раздается ропот, и я снова беру его за руку, внезапно занервничав от того, что моя храбрость ушла.

— И что теперь? — шепчу я, беспокоясь за наше будущее.

Даже зная, чем все может закончиться, я бы все повторила, стоя рядом с единственным существом в этом мире, которое я должна ненавидеть, но не ненавижу. Город, как и монстры, стоят того, чтобы защитить их, помешать людям еще больше им навредить.

Даже если они меня ненавидят, это все равно того стоит.