Я сжала пальцами его рубашку, чувствуя… восторг? А затем повернула голову и поняла о чём он говорил. Папина любовница сверлила нас взглядом, стоя на краю тротуара. С каждой секундой мы приближались всё ближе и ближе, и когда наконец оказались совсем рядом, я подняла свой визор, вытянула руку с выпяченным средним пальцем и прокричала на всю улицу:

– ¡Feliz cumpleaños perra! [с испан. Счастливого дня рождения, сучка!].

Затем захлопнула визор обратно и прильнула шлемом к спине Сантьяго, прячась от окружающих. Мужской смех вибрацией отразился на моей щеке и я стала смеяться ему в ответ, обнимая его, смотря на быстро-сменяющиеся друг за другом дома.

– Надеюсь, ты оплатил наш счёт.

Ладонь Сантьяго несколько раз мягко ударилась по моему бедру.

– Обижаешь, – улыбнулся он. – Я ведь джентельмен.

– Куда вы собрались?

Джулия прекратила волочить металлический лук за собой и застыла, провожая взглядом, мимо пробегающую Амелию.

– У нас тренировка, – ответил Себастьян, остановившийся позади неё.

– Тренировка? – переспросил я, смотря на наручные часы. – В пол одиннадцатого ночи?

Джулия наконец прекратила следить за моей женой, которая скрылась на втором этаже, прячась в спальне, и посмотрела на меня. В её глазах горел невысказанный вопрос и я знал, что завтра она устроит мне допрос, чтобы узнать, как так вышло, что после свидания Амелия не имела привычного желания убить меня, а улыбалась, не скрывая того.

– Ты и… лук?

Весь медовый месяц Себастьян и Джулия провели за траханьем друг друга и тренировками, поэтому я практически не видел свою лучшую подругу. Но оружие в руках девушки было чем-то новым. Доминик и так сходил с ума, что у Себастьяна вышло заманить его сестру заняться самообороной, только вот он не знал, чем он расплачивался с ней. А я слышал.

– Попробуй засомневаться в моей жене ещё раз и я…

Но мужчина не смог договорить, потому что девушка развернулась и строго посмотрела на него.

– Ты слышала? Он угрожает мне.

Джулия мило улыбнулась, начиная вновь тащить орудие убийства за собой.

– Он угрожает всем, – выдохнула она.

Тонкие длинные царапины оставались на полу следом за ней.

– Собираешься помочь ей? – мой недовольный взгляд упал обратно на Себастьяна.

Какого чёрта он просто смотрел, как она тащила эту тяжеленную штуку?

– Попробуй я засомневаться в ней, она…

– Себастьян! – мольба девушки разбила его шепот.

– Теперь можно.

Мужчина сорвался с места и унёсся прочь для помощи жене. Я же также быстро поднялся наверх, желая скорее присоединиться к своей, но только ступив в спальню, пожалел об этом.

За время моего отсутствия Амелия успела переодеться. Только наполовину. Платья на ней уже не было, но и пижамы тоже, лишь жасминовые кружева закрывали некоторые части её тела.

Амелия не стала прикрываться, заметив моё присутствие, и продолжила копаться в ящике. Она привыкла оказываться передо мной в таком виде, а я всё ещё нет. Каждый раз был новой пыткой.

– Амелия… Это ведь не итальянское имя.

Девушка на секунду посмотрела на меня, как на идиота.

– У твоих друзей тоже не итальянские имена, – напомнила она.

– Не совсем.

Интерес зародился в ней и она оторвалась от шкафа, ожидая, когда я расскажу ей.

Чёрт, они же убьют меня.

– Кристиано, Доминико и Себастьяно – это их настоящие имена, – быстро вымолвил я.

Когда они только родились, синдикат придерживался строгих правил, но я не помнил, чтобы кто-то называл их так. Даже собственные родители не использовали эти имена. Это было сделано лишь для того, чтобы традиционалисты лишний раз не докучали дядюшку Ксавьера, жена которого и так перевернула вокруг них всё возможное. А едва переступив грань совершеннолетия, каждый из них сменил имя на своё привычное.

Все были довольны.

– Моя мама испанка, – сказала Амелия, натянув на себя тонкую ночнушку и поочередно стягивая белье из под неё. – Ты должен быть в курсе.

Да, я знал об этом. Просто искал лишний повод поговорить с ней, в надежде узнать что-то ещё. А точнее – причину, почему она была так счастлива от моей мелкой проделки для мести её отцу.

– И твой отец разрешил ей? Он не похож на того, кто даёт выбор.

Амелия кивнула, подтверждая мою теорию, но после немного грустно хмыкнула:

– Когда-то он любил её.

Сегодня был не единственный раз, когда я встретил Джузеппе в компании женщины, не являющейся его женой. И из раза в раз, видя его с новой любовницей, я хотел узнать, что должно было случиться, чтобы он предал себя? Их?

– Очень давно, – добавила девушка.

Но любил ли он когда-нибудь Амелию? И что есть его любовь, если она способна пройти?