– Не переживай. Вкуса мыла ты не почувствуешь, а вот виски заиграет всеми красками.

Она осторожно делает глоток.

– А действительно неплохо.

– Разбираешься в виски?

– Я всегда предпочитала крепкий алкоголь. С моей работой надо как-то снимать напряжение. А с недавних пор прониклась виски.

Догадываюсь с каких пор ей стал нравиться мой любимый напиток, но вслух этого не говорю. Подливаю ей и себе ещё. Она расслаблено откидывается на спинку стула, но тут же спохватывается:

– Я не стала выговаривать тебе при всех, как ты просил, но подобное поведение неприемлемо. Ты постоянно ставишь съёмки под угрозу. И ты, правда, думаешь, что мне неизвестны твои ночные похождения?

«Чёрт! Кто же из девчонок меня заложил?»

– Какие похождения? – пытаюсь прикинуться непонимающим я.

– Ах да, тебе даже ходить никуда не приходится. Она сами стучат в твою дверь. Ты должен прекратить это немедленно! Иначе я… – переходит она на крик.

Не стоило ей этого делать. Я сегодня не в том настроении.

– Иначе ты что? – грубо перебиваю я её. – Накажешь меня?

Подхожу вплотную и нависаю над ней. Вижу, как вздымается её грудь, расширяются зрачки.

– Да, – шепчет она немного испуганно, но упрямо.

– Это я тут всех наказываю, если ты ещё не поняла.

Меня прорывает. Резко поднимаю её со стула и разворачиваю к себе спиной. Прижимаю так крепко, что она еле слышно пищит. Анфиса чувствует моё возбуждение, трётся об меня попой. Подталкиваю её к столику у стены. Она ложится на него животом, хватается руками за края. Задираю юбку и вхожу в неё дико и грубо. Стол бьётся о стену. Там остаются заметные вмятины. В ушах от страсти и злости шумит так, что я почти не слышу грохот и крики Анфисы. Потому только в последний момент улавливаю треск ломающейся ножки стола. Успеваю подхватить Анфису, чтобы она не упала и закидываю на ближайший диван. Запрыгиваю сверху и продолжаю начатое. Ещё несколько мощных толчков и я блаженно падаю рядом с ней.

Какое-то время лежим молча и не шевелясь. Может мне и не стоило поддаваться инстинктам, но, с другой стороны, напряжение отпустило. Да и она выглядит крайне довольной.

Поднимаю голову, чтобы осмотреть масштабы бедствия. По комнате будто ураган прошёл. Обломки столика на полу, вмятины на стене и повсюду осколки. Когда мы успели разбить стакан?

Анфиса тоже смотрит на беспорядок, потом с благодарностью на меня. Поднимается, приглаживает волосы, одёргивает юбку.

– Я пришлю кого-нибудь убрать тут, – улыбается она мне и уходит.

Допив виски из её уцелевшего стакана, я иду спать.

После разговора с Дэмианом я впала в какое-то полубезумное состояние. Сначала бросилась собирать вещи. Кидала в чемодан всё, что попадалось под руку. Потом вдруг вспомнила про Дэманиту. Представила, как они будут обжиматься там у меня на глазах. Опять разревелась и со злостью вышвырнула все из чемодана. Успокоившись, ещё раз проанализировала своё незавидное положение и, убедившись, что иного выхода у меня нет, начала запихивать вещи обратно в чемодан.

Так переволновалась, что выскочила из дома раньше времени и потом стояла там, как сиротинушка посреди двора со своим огромным чемоданом. Местная гопота, вечно толкущаяся около моей парадной, потешалась надо мной ровно до тех пор, пока сверкающий Майбах не притормозил рядом. Дмитрий распахнул дверцу, и я юркнула в салон, где меня уже поджидал Дэмиан. Мы едва кивнули друг другу и отвернулись, уставившись каждый в своё окно. В его самолёте нас тоже было только двое. Я впервые ступила на борт частного лайнера. От роскоши закружилась голова. Но меня мучил один вопрос.

– Где твоя невеста? – всё же не выдержала я.

– Улетела в Италию по делам, – буркнул он.

Его явно нервировала эта ситуация. От нервов и я почти не спала в эту ночь, потому довольно быстро уснула в удобном кресле.

Меня разбудило еле ощутимое прикосновение к щеке. В испуге распахнула глаза и увидела, что Дэмиан склонился надо мной:

– Просыпайся. Мы почти на месте.

В его взгляде промелькнула нежность, но он так быстро отвернулся, что я не успела понять реально это или плод моего воображения.

У трапа нас встречал учтивый водитель. В отличие от привычного Дмитрия, этот выглядел крайне чопорно. На нём была форменная одежда и даже фуражка. Мы сели в длинную чёрную машину неизвестной для меня марки, и я начала с любопытством осматривать окрестности. В Румынии мне бывать не доводилось, а все мои познания о Трансильвании заканчивались на уровне фильмов о Дракуле.