В начале шестого небо на востоке начало светлеть. Обернувшись, мы стали наблюдать за быстрой сменой оттенков: от бархатного синего через бледно-голубой к светло-желтому. Пугающие крики ночного тропического леса сменил жизнеутверждающий птичий щебет. Все затихли, внимая звукам природы. Даже Гена примолк, наслаждаясь красотой синего предрассветного часа. Но тут внезапно раздались автоматные очереди. Генка мгновенно нырнул на дно лодки и притих. С берега закричали на португальском.

– Они требуют пришвартоваться, – перевел Карлос.

– Стреляют в воздух, – разглядев поднятые вверх автоматы в руках мужчин на берегу, сообщил я.

Генка чуть высунул голову, но подниматься не спешил.

Я приказал плыть к берегу. Сопровождающие нас бразильцы быстро развернули лодки и причалили.

– Оставайтесь на борту, и если услышите выстрелы, то заводите мотор и чешите отсюда, – приказал я своим.

– Ты серьезно думаешь, что я тебя брошу? – возмутился Генка со дна лодки.

– Если ты не совсем идиот, то сделаешь в точности как я сказал. Там на берегу где-то двадцать вооруженных человек. У нас нет шансов, если они решат пострелять. Спасшись, ты хотя бы сможешь позаботиться о моих близких.

Озорной огонек, всегда плясавший в глазах друга, теперь исчез. До него только сейчас стала доходить опасность мероприятия, в которое он ввязался.

Мы с Карлосом и двумя хмурыми бразильцами спустились на берег и сразу были окружены не очень дружелюбными мужчинами с автоматами. Карлос сказал им что-то, и нас повели вглубь джунглей.

К счастью, шахта оказалась не так далеко от реки. Там нас встретил лоснящийся от жира толстячок, который неплохо изъяснялся на английском.

– Вы, конечно, хотели бы посмотреть на камушки? – подмигнул он и сдернул грязную тряпицу, прикрывавшую кособокий столик. Под ней обнаружились разнокалиберные голубые самоцветы.

– Мы ищем кое-что более ценное, – бросил я, едва взглянув на россыпь камней.

– Тогда вам сюда. – Толстячок взглянул на меня уважительно и жестом пригласил следовать за ним.

Мы подошли к деревянному навесу. Наш сопровождающий приподнял крышку стоящего там ящика и отступил, давая мне возможность оценить содержимое. Три крупных камня, что я там увидел, внушали надежду. Но стоило мне подойти ближе, как я понял, что нас пытаются надуть. Взяв в руки один из кристаллов, я крутил его, пытаясь сообразить, что делать дальше. Исподтишка сделал знак Карлосу, что дело дрянь.

– Начинай ругаться на русском, – шепнул мне приятель.

Я удивился, но послушно выдал трехэтажную конструкцию, которой позавидовал бы любой подзаборный алкаш, и швырнул камень обратно в ящик.

Карлос, выдав фразу на португальском, развернулся и пошел назад. Мы с двумя сопровождающими нас бразильцами поспешили следом. Только загрузившись в лодки и отплыв на безопасное расстояние, я решился спросить:

– Что именно ты сказал ему, что нас так просто отпустили?

– Просто сообщил, что ты русский мафиози. Вас, русских, к счастью, все боятся, – усмехнулся Карлос.

Мы дружно посмеялись и двинулись к следующему месторождению.

Путь предстоял неблизкий. Весь день нам нужно было плыть по реке, потом разбить лагерь, чтобы заночевать на берегу, а затем еще почти двое суток продираться сквозь джунгли. На каждом из этих этапов нас могли поджидать неприятности, да и сам такой поход обещал быть физически сложным даже для меня. Что уж говорить об изнеженном Генке, которого принесла сюда нелегкая… Я краем глаза взглянул на товарища. Выглядел он не бодро: утирал пот, катящийся градом, но не жаловался.

Приближался полдень. Солнце пекло нещадно.

– Ну все! Я так больше не могу, – все же не выдержал Генка. – Давайте остановимся и искупаемся?

– Хочешь нырнуть? – спокойно осведомился я у него, глядя, как друг снимает с себя одежду. – У пираний как раз наступает время обеда.

– Ты же шутишь, да? – недоверчиво покосился в мою сторону Генка.

– Можешь проверить. Ты же хотел похудеть? Вот и сэкономишь на пластической хирургии.

Приятель, перестав раздеваться, с ужасом посмотрел на свой слегка выпирающий животик. Потом вздохнул и снова устроился на дне лодки, отказавшись от идеи искупаться.

На закате мы подплыли к берегу, закрепили лодки и начали ставить палатки.

– Не надо ли нам отойти подальше от берега? – заволновался вдруг Генка.

– Зачем? – удивился я.

– Ночью из воды может вылезти анаконда и сожрать нас, – на полном серьезе заявил друг.

– Это вряд ли, – ответил я, стараясь не заржать.

– Они же бывают до восемнадцати метров в длину и весят по несколько тонн. Такая махина кого хочешь заглотит.

– Думаю, ты сильно преувеличиваешь их размеры. Подтвержденная длина не более пяти метров, насколько я знаю.

– Ты что, не слышал? Недавно строители случайно нашли десятиметровую змеюку, которая весила четыреста килограммов и была метр в объеме.

– Даже если и так, змеи редко нападают на людей, – пожал плечами я.