“Там… есть… галактики”, - бессвязно пробормотала Рейна, пытаясь поднять руку, но она безвольно упала. Я подхватил ее на руки, и она уткнулась лицом мне в грудь. “Так много галактик”.

Я покачал головой. Девушка была в ужасном состоянии. — А где остальные твои друзья?

Ее глаза метались по сторонам, расфокусированные, зрачки расширились. Она открыла рот, но тут же закрыла его, не сказав ни слова.

“Сезар с ними”, - ответил Данте. “Девочки пытались избить Роберто. Правильно сделали”.

Я кивнул и собирался вернуться в свой офис, когда Феникс ущипнула меня за бицепс, привлекая мое внимание. Она начала жестикулировать, но я ничего не понял. Я взглянула на Данте, и он казался таким же невежественным. Он достал свой телефон и протянул его ей.

“ Вот. Набери. Она взглянула на его телефон, затем снова на него, свирепо глядя. Она перевела взгляд на меня, но прежде чем я успел что-либо сказать или сделать, Рейна подавилась, ее лицо стало еще бледнее.

“ Вы двое разберитесь сами, — проворчал я. — Я веду ее в офис.

Оставив их позади, я протолкался сквозь толпу танцующих тел. Ее изумленные голубые глаза нашли мои, пристально глядя на меня из-под густых ресниц. Они изучали мое лицо, ее пальцы мяли мою рубашку.

— Так много звезд, — пробормотала она, тяжело дыша.

Взрыв гнева пронзил меня, когда я увидел, как она беспомощна в моих руках. Я хотел неистовствовать, убивать и причинять боль людям. Вместо этого я направил все свое внимание на нее. Я не понимал этой реакции или этой ярости, когда дело касалось ее. Все, что я знал, это то, что я чувствовал ответственность за то, что с ней что-то случилось в моем клубе. Я снова был в своем кабинете, ее маленькое и уязвимое тело прижималось ко мне.

“ Душ, ” пробормотала она. — Нужно принять душ.

Я нахмурился. Я никогда не был на крыше, но не думал, что душ поможет.

— Тебе нужно отдохнуть, — мягко сказал я, укладывая ее на диван.

Ее пальцы вцепились в мой костюм с удивительной силой. “ Прими душ. Я не пошевелился, сбитый с толку ее требованием принять душ. Никто к ней не прикасался, верно? Она извивалась в моих объятиях, дрожа. — Меня сейчас стошнит.

Я подхватил ее на руки и добрался до ванной как раз вовремя, чтобы придержать ее голову над унитазом, когда ее, дрожа, вырвало.

— Не смотри, — жалобно простонала она.

“ Я видел и похуже. Я обнял ее за талию и помог подняться, закрыл крышку унитаза и спустил воду. Я повернулся к раковине, намочил полотенце и поднял его. Ее руки дрожали, когда она взяла его и вытерла рот. — Так лучше?

По ее телу пробежала еще одна дрожь. “ Мне— мне нужно в душ. Я взглянул на большой душ. Я не думал, что для нее было хорошей идеей снимать одежду. Я бы никогда не прикоснулся к ней в таком состоянии, но если бы ее сестра вернулась сюда, я знал, как это будет выглядеть. Плюс, она была Ромеро, я не мог забыть. “П-пожалуйста”.

Я вздохнул, отпуская ее, чтобы включить душ. Ее дрожащие ноги не держали ее, и она потеряла равновесие. Я поймал ее, усаживая на унитаз.

“ Думаю, мы примем душ вместе, ” пробормотал я себе под нос, подхватывая ее на руки. Она попыталась поднять руки, потянувшись к тонким завязкам. — Оставь свою одежду на себе.

По крайней мере, я мог бы сказать, что мы остались полностью одетыми.

Мы вошли под воду и медленно соскользнули на кафельный пол. Она тяжело вздохнула и прижалась ко мне.

— Благодарю вас.

“ Конечно. Взглянув на нее сверху вниз, я спросил: “Зачем принимать душ?”

Она слегка покачала головой, уткнувшись лицом мне в грудь. “Помогает… справиться с паникой”. Вот опять. Приступы паники. “ Твои глаза — галактики, ” сонно пробормотала она. — Такие красивые.

Я сардонически вздохнула. Это был первый раз, когда кто-то назвал меня красивой. У девушки была серьезная одержимость галактиками. И розовый цвет, судя по всему.

Дверь ванной открылась, и появились Данте с Фениксом. Они изучали нас двоих на кафельном полу, пока на нас лилась вода.

“ Ты нашел его? — Спросил я брата.

Он покачал головой. — МИА.

Это ненадолго. “Попроси Призрака найти его”. Этот человек мог выследить любого, пока его не было в России.

Секунду он оставался неподвижным, наблюдая, как мокрая одежда Рейны прилипает к ее телу, и ревность кольнула меня в грудь. Я не хотел, чтобы мужчины смотрели на нее таким образом. На самом деле, это меня бесило. Она была моей.

Собственнические нотки в моих мыслях были очевидны. Я всегда защищал Рейну, но только в этот самый момент осознал, насколько правдивы звучали эти слова. Моя. Девушка с мягким сердцем ворвалась, как вор в ночи, и украла мою душу.

Моя душа могла быть измучена, а мой моральный компас сломлен, но я знал, что буду сражаться со своим братом до смерти, чтобы удержать ее.