Дрожь пробежала по моей спине, когда он был так близко ко мне. Я бросила на него искоса взгляд, а затем закатила глаза. Моя женщина! Этот человек был абсолютно варварским. И все же мои внутренности растаяли от этого заявления, и я мысленно ударила себя по лицу.

Вернувшись к странной паре, я заметила, что Дженна с явной завистью смотрит на мою левую руку с обручальным кольцом. Если бы она только знала, что все это было фальшивой договоренностью.

— Ух ты, это кольцо красивое, — похвалила она. — Нико всегда знал, как заставить женщину почувствовать себя особенной.

— Хм, — я не могла это комментировать, так как едва знала этого человека. Но мысль о нем с другой женщиной меня не устраивала.

Это только потому, что он искусно целуется , твердила я себе.

Вся эта ситуация была немного хреновой. Дженна флиртовала с Нико и отчаянно пыталась заставить меня ревновать. В то же время ее муж встречался с Энджи. Возможно, этим двоим требовалась серьезная перестройка брака. Я не верила в обман. Я не понаслышке знала, какой вред это может нанести семье.

Неверность Уильяма оставила невидимые шрамы, которые все еще были частью меня. Мы приняли сознательное решение работать над нашими отношениями и оставаться вместе. Да, я любила его, но как только доверие было разрушено, это было все равно, что собрать кусочки разбитого стекла вместе. Оно никогда не подходило одинаково.

Воспоминание заставило меня застыть в объятиях Нико. Это было то, о чем я избегала думать. Некоторых призраков лучше не беспокоить. Его неосмотрительность произошла в первые дни после того, как ему поставили диагноз. Он винил в этом шок и осознание того, что умрет. По крайней мере, он мне так сказал.

— Мне нравится, что мы будем чаще видеть тебя, Бьянка, — объявил Габито с искренней улыбкой на лице. Я, с другой стороны, надеялась, что не увижу ни его, ни его жену, которая глазела на Нико. — Свадьба станет событием года. Вы уже назначили дату?

Мое сердце екнуло при мысли о свадьбе. Я старалась не думать об этом, так как мое беспокойство возрастало каждый раз, когда это приходило мне в голову.

— Да, на следующей неделе, — Нико ответил коротко, а затем быстро перевел тему на рабочую тему.

Габито и его жена задержались, обсуждая проект, который не имел для меня никакого смысла, поэтому я перестала обращать на это внимание. Мои мысли вернулись к той ночи, когда Уильям вернулся домой с помадой на воротнике.

— Уильям, ты пьян? — по тому, как он споткнулся, я была уверена, что он был пьян.

Он ухмыльнулся той мальчишеской улыбкой, которая обычно давала ему свободу действий. — Совсем чуть-чуть.

— Чуть-чуть? — возразила я раздраженно. Близнецы болели, вперемешку с тревогой за мужа, а недостаток сна делал меня чрезвычайно рассерженной. — От тебя пахнет чертовым баром.

Он споткнулся ко мне, его шаг был нетвердым. — Не навязывайся на меня.

Мои брови взлетели вверх. Что. ЧЁРТ?

— Я только что выпил немного.

Именно тогда я это заметила. Прищурив глаза, я наклонилась к нему ближе. — Это помада на твоей рубашке?

Я указала на его воротник, и он посмотрел вниз, как будто действительно что-то видел.

— Где?

— На твоем воротнике.

Подняв его голову, я увидела, как он ищет ответ, но он был слишком пьян, чтобы быстро думать.

— Уильям?

— Я встретился с женщиной, — у меня вырвался вздох. — Прежде чем делать поспешные выводы, это была подработка. Что-то, что принесет нам дополнительные деньги.

— Какое это имеет отношение к помаде на твоей рубашке?

— Она европейка или что-то в этом роде, — пробормотал он. — Она поцеловала меня на прощание и, должно быть, оставила там пятно.

— Кто она? — я расспрашивала его, не зная, стоит ли ему верить.

— Дженна Палермо.

Палермо! Именно здесь я раньше слышала это имя. Дженна Палермо связала Уильяма с подработкой у Моррелли. Через несколько недель я узнала, что он действительно спал с ней.

В моих ушах гудело, ярость и прилив адреналина смешивались в моих венах. Мне хотелось протянуть руку и дать пощёчину этой женщине. Или хотя бы поцарапать. Мой гнев ярко пылал от опасной потребности отомстить и заставить ее страдать. Что-то темное вцепилось в мою грудь, желая вонзить нож в ее грудь, чтобы она почувствовала физическую боль. Точно так же, как я почувствовала это в своем сердце, когда узнала о его измене.

Такие женщины, как она, просто приняли это, независимо от того, какие последствия это может означать для других.