Вскрикиваю, когда этот монстр быстро настигает меня, хватая за плечи, и встряхивает как безвольную куклу. Его челюсти поджаты, а ноздри раздуваются от порывистого дыхания, глаза источают ненависть.

— Ты совсем ебанутая? — рычит он, снова встряхивая меня.

— Я? — шмыгаю, растерянно пялясь на него. — Отпусти… — хочу смахнуть ненавистные ладони со своих плеч. — Чтоб ты сдох, урод. Зачем вернулся? Добить меня?

Он молчит, прожигая меня своими бешеными глазами, а затем хватает за локоть и тянет из воды. Начинаю вырываться и кричать, бью его по предплечью.

Адам вытаскивает меня на берег, и я падаю на землю. Поджимаю под себя ноги и обхватываю колени руками, продолжая надрывно плакать.

— Я тебя ненавижу, — шепчу охрипшим голосом, пока этот демон возвышается надо мной. — Что тебе нужно от меня? Иди, куда шёл! — голос становится громче. — Или же отомсти мне уже за отца, если тебе этого мало! Просто убей меня… — всхлипываю.

Адам Готье

Похоже, я совсем слетел с катушек. Какого лешего я трахнул Райс?

Чёрт!

Под ногами хрустят ветки, когда я ухожу, оставляя её валяться там — на земле. Всю потрёпанную и грязную.

Она и есть грязная.

Сука!

Разминаю кулак о ближайшее дерево, и костяшки тут же превращаются в месиво. Боли не чувствую, но кисть начинает дрожать.

Я всеми ебучими фибрами ненавижу её. И сейчас воспоминания о том, что я в семнадцать мечтал признаться ей в любви…

Блять, Адам, просто заткнись.

Это её ебучий охеренный запах. Как я вообще мог войти в неё. Ещё и без защиты. Блять, а если бы она не оказалась девственницей?

Пиздец, я ещё и невинности её лишил…

Зверею. Рычу, пальцами зарываясь в волосы. С силой оттягиваю их, а потом хуярю по стволу дерева ещё несколько раз, разбивая кулак вдребезги.

Какой же долбаёб.

Мечусь в своих мыслях, ходя по округе. На улице темнеет.

Сижу на ещё зелёной траве и скуриваю очередную сигарету в пару затяг, выкидываю бесполезный бычок в темноту.

Месть. Это месть. Никогда прежде она не была такой хуёвой. Но что сделано…

Встаю, решив возвращаться в академию. Нечего тут делать больше.

Ты и так дохуя сделал, умник, — подсказывает разум.

Наверняка эта недошлюха послужит моему отчислению.

Заслужил, блять.

И тут я даю себе яростную оплеуху, а потом в ахуе смотрю на свою ладонь.

Моё тело словно совсем не слушается хозяина. Собравшись прийти к тачке и свалить, я в итоге прихожу к ненавистному теперь водопаду.

В свете луны замечаю рыжую голову, что погружается в воду.

Сую руки в карманы и думаю: пусть. Это будет ей уроком.

Но потом опять же, обнаруживаю себя, стоящим в воде за её спиной.

Что за хуйня со мной творится?

Вытаскиваю эту ебанутую из воды. Ну, уж нет. Убийцей я никогда не был, и становиться не собирался. Даже в своей мести, что затуманивала разум. Я мечтаю поквитаться с ней, но сейчас чувствую себя не способным на такое.

А потом я думаю, что мой отец травил сотни людей, если не тысячи всякой гадостью. Проскальзывает что-то внутри, шепчет, может, и правильно, что он отвечает сейчас за всё им содеянное?..

Мотаю головой. Это запах. Ведьма. Сука, блять.

Она что-то верещит, пищит, ревёт, а я, не слушаю, закидываю её на плечо и тащу в тачку. Бросаю на задние сидения, совершенно забив на её жалкие удары, что прилетают по моей спине.

Похуй, абсолютно.

Сажусь рядом и держу её, чтобы, наконец, успокоилась и не бесила. Не будила моего зверя, мечтавшего её растерзать. Теперь я хочу не видеть эту мразь в своей жизни. Забыть о том, что случилось, а она пусть помнит. Помнит и вспоминает. Это и будет её наказанием.

Пиздец, Адам, такую хуйню сотворил. От самого противно. Стараюсь не вспоминать её отзывчивость и податливость.

С неё, пожалуй, хватит. Забуду и, наконец, заживу, не убивая нервы поганой Райс.

Может послужить её отчислению?..

С глаз долой…

Философия в голове не успокаивается, и я корю себя за это. Как сопливый мальчишка семнадцати лет, думая лишь о её ярких волосах…

Хватит!

Приказываю, беря себя в руки. Раньше. Это было раньше.

Замечаю, что она уснула, оставив на мне многочисленные синяки и царапины. Шумно выдыхаю и злюсь сам на себя. На свои мысли. На ебучую стерву, что столько лет морочит мне голову. То одним, то другим. Я живу с мыслями о ней. Детская наивная симпатия, месть…

Натыкаюсь взглядом на своё отражение в зеркале заднего вида и охуеваю.

Наверное, мне кажется. Как и идеальное тело, лежащее рядом. Если я действительно хищник, значит, она действительно красивая. Нелепо, мать вашу.

Сонно тру лицо, пересаживаюсь за руль и выезжаю в сторону академии.