Вечно он так. Куда бы мы ни пошли вместе, начинает меня перед всеми расхваливать. А когда я прошу этого не делать, он всегда говорит мне, что просто гордится мной. Мне, конечно, приятно, но лучше бы он не расхваливал меня лишний раз. Я чувствую себя неловко.

Папа начинается добро смеяться, поглядывая на мои пунцовые щёки, а затем говорит:

— Она у меня очень стеснительная девочка. Так, — вздыхает он, отсмеявшись, — мне надо заскочить в приёмную мистера Вэйлиса и подписать документы. Рейна не скучай тут без меня. Орсон, приглядишь за моим сокровищем?

— Конечно, — улыбается парень и кивает отцу.

— А ты надолго?..

— Нет. Тут через дорогу офис мистера Вэйлиса. Я туда и обратно. Пока осмотрись.

— Хорошо… — киваю папе.

Смотрю в спину удаляющегося отца и ощущаю себя не в своей тарелке. Парень рядом со мной молчит какое-то время, а потом говорит:

— У меня есть свободные полчаса. Предлагаю взять кофе и прогуляться по зданию. Покажу тебе тут всё. Что скажешь, Рейна? — голос у него приятный. И глаза вроде добрые.

— Ну… хорошо, — мнусь с ноги на ногу.

Мне не очень комфортно в компании незнакомцев, тем более, парней. Но я соглашаюсь, потому что это всё-таки место, где будет работать папа. Да и этот парень выглядит безобидно что ли. Он среднего роста и среднего телосложения. Милая улыбка.

— Так ты в этом году окончила школу? — интересуется он, шагая немного впереди меня.

— Нет, в прошлом. Мне не хватило баллов, чтобы поступить в университет. А в другой я не хочу.

— Я сам окончил два года назад университет Йенсена, и скажу тебе, поступить туда реально тяжело. Я столько сил потратил на это, но всё-таки смог набрать баллы. Тогда порог был ниже. Сейчас, конечно, намного тяжелее, — хмыкнул он, задерживая взгляд на моих волосах. Я сегодня их собрала в высокий хвост. — У тебя красивые волосы.

— О… спасибо, — вздыхаю я, чувствуя как краснею.

— Такой цвет необычный. Впервые вижу. Они настоящие? — спрашивает Орсон. — Ну, в смысле, не крашенные?

— Нет, это мой цвет волос. От папы. У него они просто немного светлее, — отвожу взгляд.

Мы останавливаемся возле кофейного автомата.

— Красивые, — ещё раз делает мне комплимент. — Ты какой будешь кофе?

— Спасибо. Я буду капучино.

Орсон нажимает на кнопки и оплачивает мой капучино и свой американо.

— Я переведу тебе за кофе деньги. Скажи только куда, — достаю телефон из кармана.

— Не нужно. Думаешь, я обеднею из-за капучино? — он улыбается. — А номер мой запиши. Вдруг что-то понадобится, да и ты теперь моя временная помощница.

И он начинает диктовать цифры. Вздыхаю, записывая его номер телефона.

— Сейчас я покажу тебе, где мы будем работать, а потом ты покажешь мне, на что способна, — улыбается он, а я киваю.

Показать ему, на что способна… Папа как обычно расхвалил меня, и я теперь боюсь ударить в грязь лицом.

— Хорошо. А где здесь уборная?

— Прямо за лестницей на второй этаж, прямо по коридору. Я тебя тут подожду, — говорит он.

Снова киваю. Наверное, думает, что я какая-то странная…

Иду по направлению, куда указал Орсон. Прохожу по коридору, миную лестницу и нахожу уборные. В женском туалете никого нет, так что мою руки, поправляю свой хвост и смотрю на свой румянец на щёках.

Ох, как же мне всё-таки тяжело в компании незнакомых людей.

Мажу губы бальзамом и выхожу, немного отпив горячий напиток из бумажного стаканчика. На телефон мне приходит сообщение от отца, что предупреждает, что немного задержится в офисе. Отвечаю ему, шагая не глядя перед собой.

И только когда врезаюсь в чьё-то плечо, и горячие капли кофе задевают мою руку, я смотрю перед собой.

Передо мной явно мужчина. Я боюсь поднять взгляд на его лицо, потому что он прикован к коричневому пятну на рукаве белоснежной рубашки.

— Простите… пожалуйста, — сглатываю.

— Простите? — слышу я такой знакомый голос, что у меня волосы на теле дыбом становятся.

И я всё же поднимаю голову, встречаясь с яркими глазами парня.

Это же он… Вчерашний альфа.

Делаю несколько шагов назад, чтобы убежать, но массивная ладонь перехватывает меня за локоть. Прикосновение обжигает, а в груди всё замирает. Если вчера в темноте, я не смогла толком разглядеть его, но он всё равно навевал угрозу, то при свете дня я едва не упала в обморок.