Так, мысли хором в голове начинают бегать. Папа вчера вечером приехал домой без единой царапины, но на нём не было лица. Но главное, что это не он….

— Стас?.. — Фая округляет глаза, а я начинаю задыхаться.

— Нет же, Вадим, — кривится, когда произносит его имя. — Он за мной погнался, а я с Реджи на руках далеко даже убежать не смогла, спряталась за кустами в парке. А этот придурок меня там чуть не придушил. Злой был, жесть. Я реально от испуга чуть копыта не отбросила. Хорошо хоть, Реджи начал лаять и за штанину его цапнул.

Рассказывает, обрывисто вдыхает воздух ртом.

— Смотрите, — показывает багровые следы на запястьях.

— Твою ж за ногу…. — только и может приговаривать Фая. — Психи долбанутые.

А я вообще не могу слова из себя выдавить. Они неадекватные все.

— Он реально тебя душил? — подруга приоткрывает ворот салатовой рубашки.

Пялимся вдвоем на легкий след от засоса….

— Какого?.. — Фая хмурится, а я открываю рот.

— Ну, я же не до конца рассказала…. — краснеет, прячет лицо. — Ну, и когда Реджи то его цапнул, он вроде в себя пришёл. Орал на меня, типа чего шляюсь по подворотням ночью. А я что? Реджи ссать захотел, я, что ль могу контролировать его позывы?.. Ну, он меня до моего дома потащил прямо-таки, а потом назвал меня дурой тупой, и я его ударила по лицу.

Мы таращимся, впитываю каждое её слово. Всё смахивало на какой-то сериал.

— И? Засосы-то откуда? Или тебя вампир в подъезде засосал? — уже начинаю хмуриться, не совсем веря в этот рассказ.

— Да блин, — выдыхает и начинает рассказывать ещё тише, потому что мимо нас проходят наши однокурсники. — Я потребовала извинений и пригрозила вызвать полицию, а он накинулся на меня опять и сказал, что придушит, если это сделаю, а потом поцеловал. Жестко так, будто я виновата в чём-то…. Засос тоже он оставил…. Я в таком шоке была, что не сразу поняла, что он сделал. Всю ночь не спала. Увижу его и как следует, засажу коленом между ног.

— Охренеть, конечно, — выдыхает Фая. — Придурки. Вадим нормальным казался, а тут такое….

— Ужас, — хватаюсь за голову. — Слишком много информации. Я в шоке. Но кого они там колотили? Они реально дворовая шайка, гопота….

— Ох, не знаю. Но надеюсь, что не убили. А то уж я уже ничему не удивлюсь, — говорит Машка. — Но вообще, утром новости видели? Касаемо дяди Стаса.

— Что там?

— Убили его вчера, — говорит.

А я проваливаюсь в пропасть. В голове гул, ладони сразу же покрываются холодным потом.

— Как?.. — открываю рот, словно рыба, выброшенная на берег.

— Пишут, что подрался с сокамерником. Это ночью было, со среды на четверг. Прямо перед судом, как ни странно. Мне кажется, что тот вчерашний мужик просто попался под горячую руку Стасу….

Больше не слушаю, потому что накрывает волной ужасающей тревоги. И тоски…. За Стаса…. Господи, не представляю, что он чувствует сейчас…. Это ужасно….

Звенит звонок на пару. Препод раздает какое-то задание на листочках, а я вообще нахожусь не здесь, в другой ужасающей реальности. Руки дрожат, в голове сумбур, не могу сосредоточиться на вопросах. Отвечаю только на половину из десяти, хотя при других обстоятельствах, могла бы и все сделать.

Как только звенит звонок, я подрываюсь, лихорадочно собираю все вещи в сумку и выбегаю из аудитории. Так же быстро покидаю университет. И еду на такси до многоэтажки Стаса. Я не знаю где он сейчас, но очень надеюсь, что он дома.

Не знаю, зачем еду, но хочу, очень хочу быть рядом с ним, утешить. Мне так больно за него…. И я испытываю вину. Мой папа натворил дел, а страдают невиновные…. Как же несправедливо.

Пробегаю в подъезд, когда так вовремя выходит какая-то старушка. Извиняюсь и быстро ныряю в лифт. Руки подрагивают, сердце стучит от напряжения.

Подхожу к его двери, стою минуту, наверное, и вслушиваюсь, прежде чем постучать. Никто не подходит. Стучусь ещё разок, в надежде, что кто-то откроет, но ничего не происходит.

Обреченно выдыхаю, понуро развернувшись и плетясь медленно к лифту, как слышу щелчок замка, а потом меня затаскивают в квартиру. Не успеваю даже вскрикнуть, а дверь уже закрывается и на меня давит возвышающаяся надо мной мужская фигура.

Во мраке коридора выглядит он устрашающе. Он него пахнет сигаретами и алкоголем….

— Стас, — поднимаю на него глаза, в которых моментально захлёбываюсь.

Мрак и тьма окутывает моё тело, и я понимаю только сейчас, что зря пришла. Он молчит, и я боюсь двинуться. Передо мной будто зверь, дикий и опасный. Бешеный….

Его рука медленно поднимается к моему лицу. Холодные пальцы ложатся на щёку, большим проводя по губам. Немного расслабляюсь.

Может, не всё так плохо, как выглядит?

Сглатываю.

— Стас…. Мне жаль…. Так жаль твоего дядю…. — начинаю было, но тут рука, которая гладила мою щёку, резко опускает на шею и сдавливает.