Нет-нет, это явно не он. Не похож, да и тот был с чёрной щетиной…. И тогда мне казалось, что он был старше. Да и мало ли, сколько мужиков пользуется таким парфюмом?..

А голос?.. Не похож. Или похож?

Тогда почему липкие мурашки бегут по телу, только от одного его взгляда?..

Тяжело дышу, воздуха катастрофически не хватает. Эти глаза давят и не отпускают, не могу отвезти взгляд. Выражение лица Стаса спокойное, но в глазах отражается самое настоящее дьявольское пламя.

— Да отпусти ты! — мой голос становится каким-то писклявым. Снова хочу вырвать локоть из цепких длинных пальцев, но ничего не выходит.

Его рука будто прилипла, а сам он не намерен меня отпускать.

— Тебя просят отпустить, — слышу справа голос Миши.

Поворачиваюсь к нему. Он с Ромкой, позади них мельтешит испуганная Фая.

Губы Волкова медленно расплываются в ухмылке, глаза моментально приковываются к одногруппнику. Пальцы на локте сжимаются сильнее, и я болезненно ёжусь.

— Отпусти уже! Мне больно, — рычу на Стаса, который вообще не обращает сейчас на меня никакого внимания.

Миша хватает руку Волкова, которой он держит меня. Мрачные тёмные глаза медленно прослеживают движение и останавливаются на кисти одногруппника. Я просто в шоке, от того, что сейчас происходит. Я всеми фибрами души ощущаю уничтожающее напряжение.

— Руку убери, — слышу я стальной голос, от которого у меня ноги подкашиваются, а разум кричит, что сейчас что-то будет. И лучше бы Мише и правда, убрать руку….

— Отпусти Лизу, — Миша не отстаёт.

И при всех его подкатах сегодняшних, мне становится страшно за него.

— Парни, — влезает в нашу троицу Рома. — Давайте решим всё по-хорошему.

— Не будем устраивать сцен! — бледная Фая выглядывает из-за плеча Ромы.

Тут компашка Стаса, которая до всего этого просто наблюдала за происходящим, поднимаются….

Огромная ладонь ложится на плечо Волкова, принадлежащая его другу Серёге, с которым я его чаще всего видела.

— Брат, остынь. Отпусти девушку, для начала, — вижу, как мелькают на его лице какие-то эмоции.

Стас переводит взгляд на мой бедный локоть, на коже которого останется синяк, разжимает ладонь, и я отскакиваю как ошпаренная. Отхожу к Фае, вместе с ней прячась за спиной Ромки.

Я думала, Миша сразу после этого отпустит кисть Стаса, но он не отпустил….

И я даже не успеваю ничего понять, когда одногруппник падает на спину, а над ним возвышается Волков. Фая вскрикивает. Рома врывается в замес, блокирует следующий удар Стаса, который предназначался Мише, хватает парня за кисть….

И это оказывается ужасной ошибкой Ромки. Стас хватает его за грудки и передней подножкой кидает того на пол, прямо к ногам Фаи.

Происходит какой-то кошмар….

Глаза Волкова горят лихорадочным безумием. Будто его внутренний зверь сорвался с цепи, и он уничтожит каждого, кто к нему сейчас притронется. Даже его друг Серёга больше не вмешивает, лишь стоит рядом и наблюдает.

Рома корчится на полу, удар о пол был сильный. А этот психопат продолжает нависать над Мишей с дьявольским выражением лица. Он заносит кулак и бьёт его по лицу.

— Остановите его кто-нибудь!— кричу, боюсь подходить ближе.

Никто ничего не делает. Оглядываюсь, люди просто смотрят на этот беспредел, а охрана даже не двинулась с места…. Музыка стала тише. Следующий удар ломает Мише нос, и я уже не могу на это смотреть. Меня будто в спину подтолкнули, и я рванула к ним, схватив руку, которую Стас занёс для следующего удара, совсем как Рома до меня.

— Пожалуйста! — прошу его. Его глаза сцепляются с моими, и в них борются какие-то странные эмоции.

И, наверное, мои испуганные умоляющие глаза подействовали на этого монстра, потому что он опустил руку. Нагнулся к Мише и что-то ему прошептал на ухо. Явно что-то нехорошее и неприятное.

Волков поднимается, берёт салфетку со стола и спокойно вытирает окровавленные руки, с таким видом, будто ежедневно ломает своими кулаками чужие носы. Затем кидает испачканную салфетку на стол и уходит, а за ним и его дружки.

Только мы остаемся, и с ужасом смотрим на лежащего Мишку с разбитым носом. Он хрипит от боли и тяжело поднимается. Его сильно шатает, из носа течёт кровь. Рома придерживает его руку, а Фая вытирает лицо, пытается остановить кровь.

А я просто стою и не двигаюсь, опустив руки. Миша смотрит на меня.

— Прости, Миш, — говорю ему.

— Да пошла ты! Это всё из-за тебя, — зло выкрикивает и куда-то стремительно уходит. Ромка идёт за ним. Похоже, в туалет ушли….

Как-то мне нехорошо. Совсем нехорошо. Фая обнимает меня легонько, гладя по спине.

— Не слушай его. Он просто немного зол.

— Немного, это мягко сказано, — уныло опускаю голову. — Это ведь и правда, всё из-за меня.

— Перестань. Этот Стас неуравновешенный. Ты не виновата.

Хотелось бы так думать, но чувство вины гложет меня, а ещё липкий страх, расползающийся под кожей.