– Все в порядке. – Он машинально потер грудную клетку – там, где вчера нож Эльмиры вырисовывал замысловатые узоры. – Осталась пара сцен. Надеюсь, я успею домой к Рождеству.

– Ты чем-то обеспокоен… – Лиззи прищурила тепло-карие глаза. Проницательна до мурашек. – Белладонна… доставляет проблемы?

– Хочешь приехать и разобраться с ней? – подтрунил Джек, вспомнив: когда у него была карьера боксера, Элизабет не ревновала открыто, но после разговора с ней дерзкие девицы, пристающие к нему в баре или после боя, магическим образом испарялись. – Нет, Мира просто любит внимание. И у нее проблемы с головой. – Джек колебался, думая, стоит ли довериться жене. Он всегда ей доверял, поэтому сказал: – Оказывается, она была влюблена в меня. И теперь… не понимаю, чего она хочет. Я не планирую сближаться с ней, но… – Льюис нахмурился, – она будто и не этого добивается.

– Чего же она добивается? – В голосе Лиз появились стальные нотки.

Джек усмехнулся, польщенный ее ревностью.

– Как будто Мира хочет… уничтожить меня. Не знаю. Это что-то нездоровое. Вчера у нее был нож и…

– Нож?!

– Эй, эй, не волнуйся! – Джек подсел ближе к монитору, показывая, что в полном порядке. – Она дурачилась, только и всего.

– А что она сделает в следующий раз?! Ты об этом подумал?!

Джек поморщился. Мира «отожгла», но он не ощущал опасности от нее. Она несчастная девчонка. И ей нужна помощь.

– Вдруг… Вдруг она раздобудет пистолет! – не унималась Элизабет.

– Не говори ерунду, – мягко ответил Льюис, но после сцены в полицейском участке его впечатлило, как гармонично Мира смотрелась с пистолетом. – Нож подходит ей больше, – попытался пошутить Джек, вновь потерев ладонью грудную клетку там, где она помяла ему футболку.

– Эта девица чокнутая!

– Лиззи…

– Нет. – Жена закачала головой. – Я хочу, чтобы ты уехал.

– Перестань… Я же сказал, осталась пара сцен.

– Забудь ты про клип! Я боюсь за твою жизнь! – Глаза Элизабет напряженно заблестели. Джек мог ее понять – за их брак он принес Лиззи много проблем: алкоголизм, драки, легкомыслие.

И все-таки Джек изменился, Лиз это знала. Он напомнил ей:

– Я хорошо себя контролирую, а нам нужны деньги. Когда доснимем клип, я вернусь, как обещал.

– Хорошо. Но, пожалуйста, подумай над моими словами.

Джек кивнул, а в следующую секунду вышел из программы и захлопнул ноутбук. Легче не стало. Хотелось скорее уехать домой.

– Она симпатичная, – послышался за спиной язвительный голос.

– Мать твою, научись стучать! Я думал, ты воспитанная девочка.

– Не-а. – Краем глаза Джек увидел: Мира танцующей походкой пересекла комнату и подсела к нему на кровать. Чертовка в незаконно короткой юбке и облегающей водолазке. – Я очень плохая девочка, – с придыханием добавила Мира, сверкнув густо подведенными глазами.

Джек криво улыбнулся, скулы болели от натянутой улыбки.

– Тогда вымой рот с мылом, – попытался придать разговору нейтральный оттенок. – Говорят, помогает.

– Смешной, это ведь ты ругаешься как сапожник, а не я.

Мира подняла глаза к потолку, напевая дурацкую песенку. Девчонка не доставала босыми ступнями до пола и болтала ногами. Для нее его чувства – игра. Переживания его жены – услада. Эльмиру словно забавляли бессмысленные попытки Джека ее вразумить. Она вся – интригующая бессмыслица. Мира помотала головой, и каре игриво коснулось ее щек. Хватит! Он слишком долго на нее смотрит.

– Лиз считает, ты можешь меня убить, – зачем-то сказал Джек.

Белладонна выпятила нижнюю губу:

– Мне стоит быть аккуратнее…

– Тебе стоит быть сдержаннее. Ты забываешься. – Голос наполнился нотками отчаяния, пока Джек смотрел на Миру, желая то ли обнять, то ли задушить ее. – Я помогу тебе, но только если ты позволишь.

Мира провела пальчиками по его щетинистой щеке и выдохнула:

– Помоги мне, Джек Льюис…

Он перехватил ее ладонь. Буравил взглядом. Нет, она неисправима. Ему пора перестать изображать пастора из маленькой деревни. Эту заблудшую душу не спасти. А если он продолжит потворствовать, то сам потеряет рассудок. Уверует в дьявола.

Размышления заняли не больше секунды. Джек выпустил из пальцев руку Миры и спокойно сказал:

– Идем. Съемки вот-вот начнутся.

Они по-прежнему были в комнате для допроса. Но Бандит осознал: поведение Белладонны – уловка, а предложение поиграть в русскую рулетку – грязный блеф. Она тянула время. Строила глазки вошедшему охраннику. Флиртовала с ним, даже о чем-то шепталась. Вызывала у Бандита недоумение. Ревность. Злость. А когда они вновь остались вдвоем, Белладонна забрала у Бандита пистолет и спрятала оружие в сумочку.

– Что ты делаешь? – прошептал Бандит. – Ты уходишь?

– Мы уходим, – ответила так же тихо.