— Кто-то хотел увидеть своих братьев и сестер, — объяснил Торе, держа маму за руку, когда они вошли в комнату.

— Пойдем, познакомимся с ними, — подбодрил я, протягивая руку своей тринадцатилетней дочери, которая шагнула ко мне, наклонившись с выражением благоговения, которое почти соперничало с выражением ее матери.

— Они такие красивые, — вздохнула она.

Мы с Еленой рассмеялись.

— Как мы их назовем? — спросила она, нежно проводя пальцем по шелковистой щеке мальчика.

— Что думаешь об Амадео-Якопо и Кьяра-Джорджина? — спросила я, прижимая ее к себе, потому что почувствовал, как она затихла, как только я произнес имена.

Она повернула ко мне свои прекрасные карие глаза, взгляд ее был полон чистого, без прикрас поклонения героям, направленного, как всегда, на нас с Еленой. На двух людей, которые никогда не думали, что будут кем-то, кроме злодеев.

— Они идеальны, — прошептала она.

И они были идеальны.

Так же, как и она.

Я наклонился, чтобы поцеловать ее голову, затем головы двух наших новых малышей и, наконец, приоткрытые губы жены, ожидающий меня.

И я знал, что это именно тот финал, которого мы заслуживали.

Конец