— Я хотел сделать для тебя что-нибудь приятное. Если ты скажешь, что я должен получать твою подпись каждый раз, когда я хочу сделать для тебя что-то приятное, Кресс, ты поймешь, что я ни хрена этого не сделаю.

Я перевела взгляд на стоящего передо мной парня и поняла, что задела его чувства. Его граненые стеклянные скулы раскраснелись от ярости, поза была жесткой — байкер на войне, но в этих ледяных глазах пролегли жесткие линии боли.

Мой желудок сжался, когда невидимый кулак ненависти к себе ударил по нему.

— Кинг, — тихо пробормотала я. — Прости, я не имела в виду, что мне неприятен этот жест. Это самое приятное, что кто-либо, когда-либо делал для меня. Это только одна из многих вещей, которые ты сделал, чтобы сделать меня счастливой за последние несколько недель, и я не хотела бросать это тебе в лицо вот так. — Я подалась вперед, пытаясь положить свою руку на его скрещенные руки, но он отодвинулся назад вне досягаемости. Это движение пронзило меня насквозь и усугубилось, когда я услышала женский смех позади себя.

— Я отреагировала инстинктивно. — спокойно продолжила я. — Для меня важно самой платить за свои покупки. Мужчины покупали мои вещи почти всю мою жизнь. Это нечто большее; я не хочу чувствовать себя обязанной тебе, и я не хочу, чтобы ты чувствовал, что должен собирать мое дерьмо за меня.

— Ты еще не поняла этого, ты сумасшедшая, но мне нравится разгребать твое дерьмо за тебя. — пробормотал Кинг. — Я тоже этого не понял, но ты оставила все это дерьмо Степфордской домохозяйки и вошла в мой мир. А в этом мире мужчины заботятся о своих гребаных женщинах, потому что это их долг и гребаное удовольствие, независимо от того, нуждаются эти женщины в защите или нет. Если есть что-то, что тебе нужно, Королева, твой Король обеспечивает это для тебя. Тебе это не нравится, тебе нужно к этому привыкнуть.

Это была не самая приятная его речь на сегодняшний день и даже не самая красноречивая, но было что-то такое в том, что он стоял посреди байкеров на их территории со своим однодневным Кингом, что сделало его слова особенно пронзительными. Он познакомил меня с этим миром, я невольно уже стала его частью, и только сейчас я осознанно столкнулась с этой реальностью.

Что касается женоненавистнического поведения байкеров, философия Кинга была не так уж плоха.

Я сказала ему об этом, тихо, специально для него.

Я искала это, поэтому увидела вспышку юмора, прежде чем его глаза снова затуманились.

— Опоздаю в школу. Ключи в замке зажигания. Собирался поехать с тобой, но думаю, лучше я догоню тебя позже. — сказал он.

— Кинг. — попыталась я снова.

Но он уже пронесся мимо меня, его плечо ударило меня по руке, как выстрел. Я отшатнулась назад от боли, вызванной откровенным отстранением, и смотрела, как он забирается на свой мотоцикл, дважды заводит двигатель и с громким звуком выезжает с парковки.

— Минет. — сказал Скелл, внезапно оказавшись перед моими невидящими глазами, когда я смотрела вслед Кингу.

Я не разговаривала с латинским байкером с того дня, когда оставила свою машину и он назвал меня куском задницы.

— Прости?

— Предложи ему минет. Он скоро простит тебя, как только твой рот обхватит его член. Во-первых, не стоит драться с сучкой, когда ее зубы так близко к твоему члену. И действительно, ни один мужчина не может злиться на женщину, когда его член у нее во рту.

Я моргнула.

— Подумай об этом, — предложил он и дружески похлопал меня по спине, прежде чем отправиться вслед за остальными.

Кинг почти не разговаривал на уроке истории на третьем уроке и посмотрел на меня всего три раза. Наша ссора мучила меня весь день, особенно потому, что я возила Бетти Сью 2.0 в школу, и она была просто мечтой. Сиденья были отделаны бледно-розовой кожей, которая сочеталась с розово-золотыми акцентами на приборной панели и рычаге переключения передач. Это могло бы быть дрянным, но это было так совершенно стильно и именно то, что я бы хотела, если бы когда-нибудь задумалась о «прокачке» своей машины.

Итак, я решила последовать совету Скелла.

Сначала, прямо перед уроком английского языка IB с Кингом на шестом уроке в тот день, я пошла в уборную и сняла трусики. Затем я изменила план урока так, чтобы половина учеников пошла в библиотеку работать над своими итоговыми работами по «Потерянному раю», а остальные остались в классе, чтобы потренироваться со мной в устных презентациях один на один в рамках подготовки к устным экзаменам IB.

Я заставила Кинга идти первым. Он едва обратил на меня внимание, когда шла к стулу, который я поставила напротив своего между столом и доской. Я не возражала.

Остальные дети, спокойно работавшие на своих ноутбуках в ожидании, не поднимали глаз, пока Кинг начинал свою презентацию.