Она крутит бедрами, насаживаясь на меня, и ее скользкая влага растекается по всей длине моего ствола. Я издаю низкий рык, когда мои руки обхватывают ее бедра. Она откидывается назад, опираясь всем весом на стальной член под собой и упираясь руками в мою грудь. Я на секунду застываю, а затем выдыхаю, и мои тяжелые глаза находят ее.

— Я не причиню тебе вреда, — шепчет она, ее пальцы слегка двигаются по моим грудным мышцам. Кончики ее пальцев касаются моих сосков, и мой член подергивается от возбуждения.

— Я бы хотел, чтобы ты это сделала, — отвечаю я, задыхаясь.

Она грубо сжимает мою челюсть и сплевывает в мой открытый рот. Слишком шокированный ее внезапным поступком, чтобы ответить, она бьет меня раскрытой ладонью по лицу, отчего моя шея отклоняется в сторону, а затем наклоняется вперед, прижимает мою челюсть к себе и прикусывает нижнюю губу. Мои пальцы впиваются в плоть ее бедер от боли, и я впиваюсь в нее, прежде чем она с ухмылкой отстраняется от моих губ.

— Мы найдем компромисс.

Словно безумец, в ней вспыхивает неистовая похоть, и я срываю с нас оставшееся одеяло. Перекатившись, я переворачиваю ее, как тряпичную куклу, на живот, приподнимая ее бедра так, что ее задница оказывается передо мной под углом. Грубой рукой я прижимаю ее шею к матрасу под нами и наклоняюсь над изгибом ее точеной фигуры.

— Заключать сделки с дьяволом — опасное дело, дорогая.

Она покачивает разгоряченными бедрами, дразня меня, и мой эрегированный член танцует между складками ее задницы, а мои яйца щекочут эти влажные и мокрые губы, упирающиеся в меня. Я сжимаю челюсти, пытаясь сдержать непреодолимое желание засунуть этот член в ее маленькую тугую девственную попку, чтобы преподать ей урок.

— Я рискну, — задыхаясь, говорит она, тон ее голоса женственный, но вызывающий.

Мое маленькая, блять, паршивка. Мне кажется, она забыла, с кем имеет дело. В глубине души я все еще безжалостный дикарь.

Я отпускаю ее шею, скольжу ладонью по ее красиво выгнутому позвоночнику, а затем крепко обхватываю ее задницу и наклоняюсь, чтобы вылизать ее сладкий, мягкий клитор и киску. Я скольжу тяжелым плоским языком по ее клитору, по ее ноющей дырочке, по всей длине ее попки. Она извивается в моих руках, явно испытывая дискомфорт от новых ощущений. Шлепая ее по бедрам, она напрягается, когда я дразню ее, а затем погружаю язык в ее запретный вход.

— Блять, — кричит она, пытаясь вырваться из моей хватки, но я стискиваю ее бедра, заставляя снова прижаться к моему языку.

Брайони редко ругается, поэтому, когда я слышу, как ее невинные губы бормочут слово «черт», когда мой язык в ее попке, это рецепт катастрофы. Я откидываюсь назад, мой пульс учащается в предвкушении, когда с кончика моего члена капает струйка спермы, желая осквернить ее удовольствием, которое нам обоим еще предстоит познать. Я шлепаю по белой фарфоровой коже ее задницы грубой рукой, обожая подпрыгивание ее плоти, жаждая красноватых следов, что в конечном итоге заставляет ее стонать на одеяле между сцепленными пальцами.

Я не лгал, когда говорил ей, что буду владеть каждой ее частью. Я мечтал об этом дне с тех самых пор, как преследовал ее, расхаживающую в клетчатых юбках до Академии и обратно. День, когда я осквернил свою маленькую куклу.

— Эроу, — задыхаясь, говорит она, в ее голосе звучит беспокойство. — Обещай, что ты… обещай, что ты не…

Сплюнув на нее, я смазываю ее дырочку, а затем смеюсь про себя.

— Прикуси одеяло, детка, — шепчу я надтреснутым тоном. Тон, который показывает, что мой контроль над собой нарушен. — Обещаю, что не буду сдерживаться.

Без всякого предупреждения я чувствую, как теплая, влажная, выпуклая головка его массивного члена упирается в мое чувствительное отверстие.

Это странное ощущение. К нему я точно не привыкла. Если честно, я даже не была уверена, что люди занимаются подобными вещами. Мысль о чем-то таком грязном, изначально неправильном и мерзком, не имеющем никакой реальной цели, кроме получения больного и извращенного удовольствия, заставляет мои внутренности трепетать от возбуждения и предвкушения.

Это унизительный поступок, и, слыша сдержанность в его тоне и ощущая, как тело Эроу практически вибрирует от энергии и возбуждения от этой идеи, я еще больше хочу разрешить его.

— Потрогай свой клитор, Брай. Потри его медленными круговыми движениями пальцев и сделай несколько глубоких вдохов, — с нетерпением требует Эроу.

Его голос хриплый и напряженный, и кажется, что он теряет контроль над собой. Он обещал, что не будет сдерживаться, но то, как он работает со мной, говорит о другом.

— Я просто буду медленно вводить его в тебя. Хорошо, детка?