– Знаешь, даже предпочла бы, чтобы он любил тебя. По крайней мере, я бы потеряла ребенка из-за того, что он кого-то любил. А не из-за того, что его мучало чувство вины. – Кристен сжала красные губы. – Я спросила его, когда он разорвал помолвку, любил ли он тебя? Неужели провел со мной шесть лет, любя кого-то другого?

Комната кружилась перед глазами, совершенно не хотелось слушать дальше, но я не остановила ее. Женщина, которая дала огромную словесную пощечину, исчезла. Сейчас здесь сидела хрупкая девушка, которая была не в силах остановить эту катастрофу.

– Он сказал «нет». Вернее, любил, но не так, как я боялась.

Я посмотрела на нее, прекрасно понимая, о чем она говорила. Тут даже читать между строк не было необходимости. Она только что заявила, что Брок меня не любил. И, честно говоря, могла быть права. Мы пока не признавались друг другу. Нужно выяснить, любил ли он меня такой любовью, какой я его? Этот вопрос нужно задавать Броку, а не Кристен.

Но было поздно.

– Когда он завершил карьеру и начал обсуждать с твоим отцом возможность занять пост управляющего здесь, я понимала, что он отыщет способ вновь начать общаться с тобой… Найдет способ загладить вину. Это стало последней каплей. – Впервые в ее голосе зазвучал гнев. – Я сказала, что против его переезда сюда. Ни на секунду не поверила, что Брок хочет стать управляющим и для этого переезжает. Он просто пытался отыскать способ сблизиться с тобой. И я поставила его перед выбором, а он выбрал тебя и свое чувство вины. Вот почему мы расстались.

– Так, – выпалила я, – звучит бредово, я даже не знаю, что сказать. Мне жаль, что у вас не сложилось.

– Ты действительно думаешь, что я все выдумала? Хочешь сказать, Брок ни разу не говорил о своем чувстве вины?

Говорил.

Она вздернула подбородок.

– Я хотела вернуться к нему. И без тени смущения могу признать это. Мы много раз обсуждали такое решение. В одни из выходных он приехал…

– Подписать документы на продажу дома?

Желудок сжался в крошечный узелок. В тот понедельник он вернулся с таким видом, будто не спал всю ночь. Кристен приехала вслед за ним. Брок ни разу не говорил мне, что она пыталась вернуться к нему и что они общались.

– Вы провели их вдвоем?

Она прикусила губу.

– В глубине души мне очень хочется сказать тебе «да», чтобы ты навсегда оттолкнула его, а он смог нормально жить дальше, но я не собираюсь лгать. Я пыталась. – Кристен снова рассмеялась, и этот смех вышел обиженным и злым одновременно. – Но этого не случилось. И, поверь, не из-за недостатка усилий.

Мне хотелось ее ударить, серьезно. И совсем не волновало, что в тот момент мы с Броком еще не встречались. Эта женщина, прекрасно зная, что мы сейчас вместе, сидела здесь и рассказывала, как пыталась соблазнить моего парня.

– Что за хрень? – сказала я. – Ты саму себя сейчас слышишь?

– Прекрасно слышу, поверь мне.

– Тогда зачем ты пришла сюда? – спросила я. – Мне совершенно не понятно.

– Просто пытаюсь предостеречь тебя. Не дать совершить ту же ошибку, что и я, чтобы ты не чувствовала себя полной дурой, как это случилось со мной.

Мои брови взлетели на лоб.

– Серьезно? И я должна в это поверить? Ты пришла сюда и утверждаешь, что любишь моего парня, но при этом я должна поверить в то, что ты просто хочешь меня предостеречь?

– Я больше не люблю его. Уже усвоила урок, – сказала она, и ее глаза заблестели. – И да, я делаю это из благих побуждений. Если ты действительно любишь Брока после всех прошедших лет, то просто потратишь время впустую. Он встречается с тобой не потому, что любит, а потому что разрушил твою жизнь, как он считает.

Рот непроизвольно открылся.

– Знаешь, как он себя чувствовал, когда узнал, что ты бросила колледж? Да он места себе не находил. А когда узнал, что ты встречаешься с парнем, которого твои родители никогда не видели? Брок расстроился. А когда ты снова осталась одна, чуть с ума не сошел. Во всем, что пошло не так в твоей жизни после того вечера, Брок винил себя.

Боже мой.

– Можешь считать, что это бред. Можешь не верить, но ради тебя он отправится на край света, – подняв сумочку с пола, сказала она. – Но только не из-за любви.

Руки задрожали.

– Тебе пора идти.

Кристен покачала головой, словно я была идиоткой, которая отказалась от миллиона долларов.

– Спроси себя – почему именно сейчас? Почему он с тобой? Если Брок хотел и любил тебя все это время, почему ему потребовалось шесть лет, чтобы вернуться в твою жизнь?

Могла быть тысяча причин, и каждая из них одинаково важна. Но я знала, что Брока мучает чувство вины за то, что случилось со мной. Все это знали.

– Он не только считает себя виноватым за то, что случилось. Он еще и чувствует себя обязанным твоему отцу. А это двойная ноша. Начав общаться снова, он пытается компенсировать то, что подвел и тебя, и твоего отца в тот вечер.

Я вздрогнула, потому что тоже так думала. И не один раз. Она словно выдернула эти слова из потаенной комнаты моих страхов.

Кристен встала.