"Что?" потребовал Киеран. "Что такое?"

"Поппи сказала мне, что дракен сказал, что она еще не завершила Каллинг", - хрипло произнес я. Миллисент сказала то же самое. Именно поэтому Исбет сделала все, что могла. Почему она взяла меня в первую очередь. Почему она ждала.

"Да. И что?"

"Бог не настолько силен, чтобы уничтожить королевства, Киеран. Исбет это знает".

И бог также не настолько могущественен, чтобы сделать то, что утверждала Миллисент, - передать Исбет ее месть Никтосу.

Киеран открыл было рот, но тут его взгляд метнулся к зашторенному окну. Его глаза расширились, и я знал, что он понял то же самое, что и я. Это было невозможно, но...

Киеран повернул голову обратно ко мне. "Туман. Она не вызывала его, Кас. Она создала туман Перворожденных".

Спустя несколько часов, когда солнце взошло над городом, я сидел в кровати рядом с Поппи, скрестив лодыжки и прислонившись спиной к изголовью. Она не проснулась, когда я присоединился к ней, но прижалась ближе, прислонившись щекой к моей груди.

Я спал не больше часа, если вообще спал. Теперь по совершенно другим причинам. Я сидел там, перебирая мягкие пряди волос Поппи, пока она спала. Просто ошеломленный ею. Изумленный.

Дверь с треском распахнулась, и вошел Киеран. Его шаги были тихими, осторожными, когда он подошел к кровати. "Я ненавижу делать это..."

"Я знаю", - ответил я, глядя на Поппи. Он не хотел ее будить. Я тоже, но это было необходимо. Время было не на нашей стороне.

Откинув пряди с ее щеки, я наклонился и поцеловал ее в лоб. "Королева", - тихо позвал я, проводя большим пальцем по ее нижней челюсти. Брови Поппи сжались, когда она придвинулась ближе. Я усмехнулся, когда Киеран сел с другой стороны от нее. "Открой для меня эти прекрасные глаза".

Ее ресницы затрепетали, а затем взметнулись вверх. Сон прилип к ее взгляду. Серые тени под глазами все еще были там, но серебряные полоски были яркими, пронзая весеннюю зелень. "Кас".

Из моей груди вырвался стон. "Ты - мой любимый вид пытки", - сказал я ей, целуя ее лоб. "Киеран здесь".

Она слегка повернула голову, оглядываясь через плечо. "Привет".

Киеран улыбнулся ей, опираясь на ее бедро, поддерживая свой вес рукой на кровати. Его черты смягчились так, как я не замечал за ним уже долгое время. "Доброе утро".

"Доброе утро?" - повторила она, моргая. "Я так долго спала?"

"Все в порядке. Тебе нужен был отдых, и мы все равно не могли уехать", - сказал я ей, сжав ее плечо.

"Ты отдохнул?" Она оглянулась на Киерана. "Кто-нибудь из вас двоих отдыхал?"

"Конечно", - солгал Киеран так гладко, что я почти поверил ему.

Поппи наблюдала за Киераном какое-то мгновение, а затем посмотрела на меня. "Как ты себя чувствуешь?"

"Божественно", - сказал я ей, проводя большим пальцем по изгибу ее ключицы.

Она внимательно изучала меня, а затем села, тонкое одеяло сбилось на ее бедрах, а буйство волн и локонов разлетелось во все стороны. "Малик все еще здесь?"

Я проигнорировал внезапный толчок в груди, обхватив ее талию рукой, полагая, что она была в нескольких секундах от того, чтобы подняться с кровати. "Он здесь".

"Только что видел его". Взгляд Киерана переместился на меня. "Все еще спит".

"А Ривер?" - спросила она, когда я притянул ее между ног, так что она оказалась прижатой к моей груди. Она позволила это, расслабившись так, что трудно было поверить, что раньше она сидела так жестко рядом со мной. "Он...?"

"Он в порядке", - сказал Киеран. "Никого не сжег заживо". Он сделал паузу. " За последнее время."

Я изогнул бровь.

"У Ривера, - со вздохом пробормотала Поппи, положив ладонь на мою руку, - есть навязчивая идея сжигать людей. Полагаю, это дело рук дракенов".

"Я думаю, это просто особенность Ривера", - сухо заявил Киеран.

"Верно". Она поднесла мою левую руку ко рту и поцеловала в макушку. "А что насчет тумана? Пробрался ли кто-нибудь из Жаждущих в город? Как мы...?"

"Так много вопросов...", - засмеялся Киеран, откидывая с ее лица непокорную прядь волос, которая так и норовила выскользнуть вперед. "Это должно подождать".

Ее глаза сузились на него. "Я не думаю, что кому-то из них нужно ждать".

"Им нужно", - сказал я, и ее взгляд переместился на меня. Я улыбнулся.

"Не улыбайся мне", - огрызнулась она.

Моя улыбка стала шире. "Такая вздорная".

Ее взгляд потеплел, даже когда она вздернула подбородок. "Дурацкие ямочки", - пробормотала она.

Смеясь, я опустил свой рот к ее рту и поцеловал ее. "Тебе нравятся мои ямочки", - сказал я ей, выпрямляясь. "И тебе нужно питаться".

Она открыла рот, затем закрыла его.