Более того, я поймала себя на том, что постоянно прикасаюсь к ним сама, рассеянно увлекаясь ощущением покалывания в пальцах, поэтому я зашила карман перед тем, как мы ушли этим утром, чтобы избежать искушения.

— Она где-то здесь, и я хочу ее найти, — пробормотала я, чувствуя жужжание магии камней даже сквозь ткань, в которую они были заключены.

Саген издала какой-то звук, затем поморщилась, когда она пошевелила плечом.

— Что ж, тогда будем надеяться, что эта жрица разумная сука и это Испытание не закончится тем, что всех нас повесят на городской площади. Тогда кто останется править Тейхом? Грейслен?

Мы все, казалось, содрогнулись при этой мысли. С другой стороны, если бы это действительно произошло, по крайней мере, никого из нас не было бы поблизости, чтобы стать свидетелями этого.

18 счастью, кто-то присматривал за нами, и прошло всего несколько часов, прежде чем женщина-медведь вернулась и объявила, что жрица готова принять нас сейчас.

— Не-а. — Женщина покачала головой, встав на пути, когда Тай собрался покинуть камеру первым. — Не ты. Только она. — Она указала на меня, и я вздохнула.

— Никто этого не предвидел, — заметила Саген с явным сарказмом. Я бросила на нее взгляд, призывающий заткнуться на хрен, затем повернулась обратно к женщине-монстру-мужененавистнице.

— Могу я взять с собой еще одного человека? — Я спросила ее, стараясь говорить спокойным тоном. Я понятия не имела, какая от этого польза. Но просто мне показалось разумной идеей не отправляться одной в логово зверей, так сказать.

— Ты можешь взять ее, — сказала мне стражница, указывая на Саген. — Но это все.

Я искоса взглянула на Саген, и она драматично застонала.

— Прекрасно, но лучше бы это не было какой-нибудь ловушкой. —

Она оттолкнулась от земли и свирепо посмотрела на молчаливых, но напряженных принцев. — Вы трое в неоплатном долгу передо мной, когда все это закончится.

Ли в последний раз сжал мои пальцы, прежде чем отпустить меня, и я вышла вслед за Саген из камеры.

Наша стражница снова заперла дверь и показала, чтобы мы шли впереди нее, выходя из здания на улицу, где в небе висела полная багровая луна.

Мой шаг замедлился, когда я увидела розовый оттенок, заливающий затененные улицы, и я вздрогнула. Мои руки сжались на предплечьях,

и я с трепетом посмотрела на луну.

— Кровавая луна, — фыркнула наша стражница. — Единственная причина, по которой наша жрица согласилась встретиться с тобой так быстро.

Я понимающе кивнула и увидела, как Саген нервно сглотнула.

Кровавые луны никогда не предвещали ничего хорошего. На протяжении всей нашей истории они появлялись только перед жестоким кровопролитием. Некоторые говорили, что в ночь кровавой луны разделения между богами и людьми почти не существует, и до сих пор я всегда считала это оправданием ужасного поведения людей в дни кровавых лун.

В свете последних нескольких дней я вдруг засомневалась в этом. — Пошли. — Наша стражница поторапливала нас. — Я не хочу,

чтобы меня застали здесь врасплох, если эта луна предназначена для

Стальгорна.

Я не винила ее. В эти дни неприятности, казалось, подстерегали меня на каждом шагу, так что я нисколько не удивилась бы, если бы кровавая луна была предупреждением на всю оставшуюся ночь.

— Ты можешь рассказать нам, что с тобой случилось? — Осторожно спросила я, когда мы шли по залитым красным светом улицам. Возможно, без присутствия мужчин она могла бы рассказать нам больше.

Женщина-зверь бросила на меня долгий взгляд, затем хмыкнула.

— Случился король-узурпатор, вот что. Попомните мои слова, он стоял за смертью королевы Офелии, но это было только начало. С тех пор он лишает эту землю ее магии, но страна сопротивляется.

Мы с Саген обменялись взглядами.

— Каким образом? — подтолкнула Саген.

— Я не знаю всех тонкостей, — призналась наша стражница. — Но то, как объясняет это наша жрица, его влияние на магию земли подобно миллиону эластичных ремней, которые затягиваются так туго, как только могут. Время от времени кто-то срывается и вызывает то, что мы привыкли воспринимать как ответную реакцию на убийство королевы. Бури чистой магии, тьмы, мутаций… — Она указала на свою внешность. — Утечка идет из столицы, так что сильнее всего пострадали именно мы на границах. Однако пройдет совсем немного времени, и пострадают все. Если только его не удастся остановить.

— Почему ты так уверена, что виноват король Титус? — Спросила

Саген, и мы с женщиной-медведицей в ужасе повернулись к ней.

— Кто еще это мог быть? — Женщина с отвращением сплюнула. — Потому что, поверьте мне, это произошло не только из-за плохого ухода за собой. — Она помахала когтистой рукой перед своим пушистым лицом.

Саген закатила глаза.