Джулс поднялась на ноги, но заколебалась, переводя взгляд с меня, на Гринджоя и на открытую дверь. Ее собственное чувство выживания, несомненно, оказало на нее большое влияние, когда она размышляла о спасении собственной шкуры, а не о том, чтобы остаться с остальными из нас.

— Кто это решает? — спросил Зан, но женщина даже не взглянула на него, уставившись на меня с ровной, непоколебимой скукой. Я прочистила горло.

— От кого это зависит, если не от тебя? — Я повторила вопрос Зана, проверяя свою теорию о том, что она не признает никого из мужчин и не отвечает им. — Кто здесь отдает приказы?

— Верховная жрица Брамзига, — ответила женщина небольшим жестом руки, в котором я узнала молитву нашей богине милосердия. Я не была полностью в неведении о наших божествах и их обычаях. — Она пощадила нас, когда наши люди были уничтожены из-за жадности и коррупции короля-узурпатора. — Она плюнула на землю к ногам

Зана, и я получила еще одну подсказку относительно их действий. Они обвиняли короля Тита во всем, что с ними случилось, что совпало с разговором Тита и Тайпануса о том, что жители деревни мутировали.

— Ну что ж, тогда мы можем поговорить с ней? — Я настаивала,

стараясь не наброситься на нее со своим раздражением. У нас официально заканчивалось время, если мы хотели вернуться во дворец с короной к тому времени, когда начнется второе Испытание менее чем через день.

Стражница уставилась на меня.

— Ты собираешься оставаться здесь, в этой камере, пока не сможешь увидеть нашу верховную жрицу?

Я твердо кивнула.

— Так и есть.

Саген что-то пробормотала себе под нос, но вернулась на свое место, прислонившись к стене. Ли залечил самую тяжелую часть ее раны, но она явно все еще причиняла ей боль.

Джулс лишь слегка пожала плечами и отступила назад, чтобы взять Гринджоя за руку.

— Ты понимаешь, что наша жрица не сидит сложа руки, ожидая возможности поболтать с пленниками, которых мы ловим в наших пограничных землях? Ожидание может оказаться долгим. — Стражница негромко зарычала при ее словах, и я подавила всплеск страха, который это вселило в меня.

— Да будет так, — ответила я с уверенностью, которой не чувствовала. Что, если их жрица оставит нас гнить здесь на месяцы? Что будет с Испытаниями? С королевством? Я могла только надеяться, что эта стражница не полна дерьма и нам не потребуется слишком много времени, чтобы получить доступ к этой жрице.

Женщина-медведь покачала головой, но снова захлопнула дверь камеры.

— Поступайте как знаете, — пробормотала она, запирая дверь и снова выходя через наружную дверь.

— Хотя я восхищен тем, что ты не хочешь нас покидать, — сказал Ли тоном, в котором говорилось, что у тебя неприятности. — Тебе следовало просто забрать девочек и убраться отсюда. Мы вполне способны постоять за себя.

— Я знаю, что это так, — заверила я его. — На самом деле я удивлена, что никто не попытался перебить меня, выкрикивая свое мнение. — Я бросила взгляд на Зана и Тая, которые уставились на меня в ответ со своими побитыми лицами.

— Вопреки распространенному мнению, — сообщил мне Зан с ноткой сарказма, — мы не совсем пустоголовые, эгоцентричные члены королевской семьи. Было чертовски очевидно, что эти люди не признают и не взаимодействуют ни с кем, у кого есть пенис, так что было бы бессмысленно пытаться вмешиваться.

Если уж на то пошло, готовность принца принять мое лидерство в текущей ситуации только сильнее заставляла меня влюбляться во всех троих. Проклинаю их всех… Тьфу, я понятия не имела, каким богам я могла бы еще молиться или проклинать. Я бы никогда не подумала,

что Аана — моя богиня — покровительница, окажется такой психопаткой,

так что кто знает, о каких еще богах люди со временем стали еще заблуждаться?

— Итак, теперь мы ждем, — пробормотал капитан Джефферсон из угла, где он сидел так тихо, что я совсем забыла о его присутствии. — Возможно, если мы правильно разыграем наши карты, то сможем узнать, что на самом деле происходит с магией нашего мира. Я, например, ни на секунду не верю, что все это происходит без чьейлибо посторонней помощи.

Тай проворчал что-то в знак согласия. — Кто-то вроде нашего отца.

— У тебя есть план, Каллалуна? — Спросила Саген, ее взгляд был слишком пристальным, на мой взгляд. Я неловко переступила с ноги на ногу.

— Не совсем, — призналась я. — Но корона где-то здесь. Спрятана.

Если кто-то и может указать нам на это, то, несомненно, эта жрица, верно?

Идеальные брови Саген удивленно взлетели вверх.

— Кажется, я что-то упустила. Ты чувствуешь настоящую корону?

Не ту фальшивую, что носит Джефферсон?

Я кивнула, дотрагиваясь рукой до мешочка с камнями, который я пришила к карману своего платья. Я не хотела рисковать, чтобы кто-нибудь еще случайно прикоснулся к ним, на случай, если рассказам королевских гвардейцев о взрывающихся людях можно было поверить.