Астра отыскала безопасное место, у нее нюх был лучше, чем у меня, когда я шел на двух ногах. В итоге мы оказались в другой нише, которая была огорожена с трех сторон, так что нам нужно было следить только за одной точкой атаки. От облегчения Морган, когда та села и прислонилась спиной к стене, мой дракон замурлыкал, как чертов сабр. Ему нравилось заботиться о ней, и это удовольствие было новым для нас обоих.
- Ты можешь спать, милая, - сказал я ей. - Я посторожу, пока не придет время уходить.
Она широко зевнула.
- С детенышем все будет в порядке в течение нескольких часов, верно? - спросила она.
- Да, - сказал я с уверенностью. Его энергия была сильной. - Это грозная порода, и этот малыш еще не поддался никаким слабостям. - Какая бы энергия ни просочилась сквозь этих существ и не заразила их, она не затронула детеныша. Возможно, он еще не совсем родился, но в любом случае это было еще одно чудо.
- Если здесь только один сабр, - сказал Морган, снова зевнув. - Как этот детеныш вообще возможен?
Временами ее разум был удивительно человечным.
- Я понятия не имею, но эта порода особенная. Определенно, есть шанс, что они могли произвести потомство самостоятельно, если это был их выбор. - Я почувствовал интерес Астры к моей теории и понял, что она потратит много времени, обдумывая эту новую надежду на будущее.
Улыбка Морган смягчилась, когда она опустила взгляд, и я поборол желание прогнать от себя это чудовище. Собственнические чувства моего дракона не знали границ, и мы еще не заключили брачные узы, поэтому были чертовски вспыльчивы, когда дело доходило до того, что кто-то находился рядом с нашей парой.
Она задремала на боку, прижав детеныша к груди. Астра отправилась на патрулирование пещеры, так как была слишком взбешена, чтобы отдыхать. То, что она обнаружила, что один из ее сородичей мертв, привело в ярость ее нежную душу.
Я остался с Морган, молча наблюдая за ней, запоминая, как она дышит, глубоко и ровно. Она была так измучена, что даже на твердой земле крепко спала. Чем дольше я наблюдал, тем больше злился на нее, распростертую на камнях, которые оставляли красные следы на ее коже.
Когда я больше не мог этого выносить, я поднял ее и детеныша с земли и растянулся так, чтобы они могли отдохнуть на мне. Она ненадолго пошевелилась, что-то бессвязно пробормотав, а затем снова крепко заснула. Малыш открыл глаз и замурлыкал, прежде чем тоже снова погрузиться в сон. Засранец уже заявил права на мою пару.
- Это временно, - предупредил я его. - Ты не получишь ее первым. Она - моя.
Еще одно мурлыканье, и я обнаружил, что это меня несколько позабавило. Я всегда питал слабость к этой породе, спасибо Астре.
Жар и энергия дракона поднялись и окружили Морган, и она заснула крепче, чем когда-либо. Прислонившись спиной к стене, я держал ее обеими руками, прижимая к себе, борясь с желанием раздеть ее догола.
Разделявший нас барьер из одежды беспокоил меня… я хотел прикоснуться к ее коже и ощутить ее аромат. Я хотел взять все, что предлагало ее хрупкое тело, но не стану этого делать, пока она не будет готова.
Я мог держать своего зверя под контролем.
Я должен был держать его под контролем.
Контролировать свой член было совсем другой историей, так как кольцо мышц у основания, мой узел, снова запульсировал. Я уверен, что это не прекращалось уже несколько недель.
Когда Астра вернулась, подавленная и печальная, она заступила на дежурство у входа, а я закрыл глаза. Я никогда не позволял никому находиться рядом со мной во время отдыха, кроме Астры.
И вот теперь Морган.
Когда она была рядом со мной, моя энергия расслаблялась так, как я никогда раньше не испытывал. В ее присутствии я чувствовал такой комфорт, какого никогда раньше не испытывал, умиротворение, которое проникало во тьму моей души и позволяло моему телу и мыслям успокоиться.
Когда она лежала, прижавшись ко мне, а я отдыхал рядом с ней, ее энергия возрастала, а урчание в животе утихало. Мы подпитывали друг друга, давая все, что было нужно другому в тот момент, - баланс, которого мне так не хватало за всю мою долгую жизнь.
Очень немногое могло омрачить этот момент, когда я начал понимать, чего мне не хватало все эти годы. Однако все еще оставалась проблема с Драгером; его энергия оставалась в ней. Решив, что с этим пора заканчивать, я потратил время на то, чтобы наполнить ее своей энергией, вычистив его из ее организма.
Если бы он был сейчас здесь, я бы оторвал ему голову. Ублюдок.
Конечно, пока мы не решим проблему с нашей матерью и этим вторжением, у нас не было другого выбора, кроме как работать вместе впятером. Наша сила была в единстве, что означало забыть о наших разногласиях.
Драгер всегда находил способ избегать последствий своих действий, но в конце концов он поймет, что именно происходит, когда кто-то берет то, что ему не принадлежит.