Я кивнула, но он уже проходил мимо, направляясь к Ашеру и Главе Джонсу. Они расположились через две комнаты от меня. Я быстро закрыла дверь; мы только что приехали, и было уже поздно. Еду доставляли в наши номера, и я была рада возможности принять душ и переодеться после путешествия.

А также еде. К этому я вернусь в следующий раз. К счастью, это были всего лишь бутерброды, немного фруктов и сыра, и все это могло подождать, пока я не помоюсь. Я была благодарна, что во всех номерах были ванные комнаты, и мне не пришлось рисковать наткнуться на полуобнаженного Ашера в ванной. У меня было достаточно самообладания, и тело Ашера определенно было искушением, перед которым я не могла устоять. Просто думая о его Атлантских чертах и плавных линиях мускулов, не говоря уже о его идеальной фигуре, которую я облизывала, спускаясь ниже…

У меня вырвался стон, и я включила душ, раздеваясь в ожидании, пока он нагреется. Я заметила в большом зеркале, что моя татуировка стала еще более золотистой, чем когда-либо. Что бы ни произошло, когда я превратилась в полубога, это все еще происходило внутри меня. Какой я буду, когда все наконец закончится?

Сегодня ответов не было, поэтому, войдя внутрь, я сосредоточилась на том, чтобы расслабиться. У меня снова вырвался стон. Вода была такой приятной на ощупь. Не имело значения, была ли я в океане, озере или принимала душ, просто прикосновение воды к моей коже успокаивало так, как ничто другое никогда не могло.

Выдавив немного мыла, я провела мочалкой с ароматом кокоса и лайма по коже, закрыв глаза, пока она скользила по моей груди и вниз по животу. Целый день, проведенный с Ашером, почти уничтожил меня, и я решила, что с меня хватит. Мне нужен был оргазм, и он был нужен мне сегодня вечером. Иначе я взорвусь.

Мочалка выпала из моих пальцев, но я не остановила руку, которая продолжала спускаться по телу. Когда я коснулась чувствительного комочка нервов между бедрами, прикусила губу, чтобы не закричать. Я понятия не имела, мог ли Ашер слышать меня через стены, но он был прямо за дверью, и последнее, что мне было нужно, это чтобы он знал, что я трогаю себя. Особенно я не хотела, чтобы он знал, что я трогаю себя, думая о нем.

Все, что я скрывала от своих эмоций, теперь дало трещину; я не могла избавиться от воспоминаний обо всех тех случаях, когда Ашер прикасался ко мне, любил меня, заставлял мое тело чувствовать, что оно вот-вот вспыхнет. Я сильнее погладила свой клитор, прислонившись спиной к стене, когда мои ноги ослабли. Напряжение зародилось где-то глубоко в животе, тело откликнулось, несмотря на то, что грудь болела, а по лицу текли слезы, смешиваясь с водой.

Я скучала по этому ощущению, и оно не составляло и десятой доли того, что я чувствовала, когда была с Ашером. Когда оргазм обрушился на меня, у меня подкосились колени, и я бы упала на кафельный пол… но сильные руки обхватили меня, прежде чем я смогла это сделать. Сильные и знакомые, золотистые отметины выделялись на бронзовой коже.

Ашер.

Я хотела немедленно оттолкнуть его, но все еще была на волнах оргазма, и тут он оказался рядом, его запах и наша связь врезались в меня.

— Нет, — крикнула я, наконец-то сумев освободиться, грудь тяжело вздымалась, когда я смотрела на него.

Грудь Ашера слегка вздымалась. Он был обнажен, если не считать пары черных облегающих мужских трусов-боксеров, его член напрягся, привлекая мое внимание. Его взгляд скользнул по мне, задержался на моем теле, посылая жар по всему телу.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я, не делая ни единой попытки прикрыться. Пошел он к черту. Это он ворвался без предупреждения.

— Я слышал… — Его хриплый голос оборвался. — Я думал, что нужен тебе.

Мое тело все еще гудело от оргазма, и все же, услышав это заявление, я поняла, что даже отдаленно не удовлетворена.

— Ты мне не нужен, Ашер, — сердито сказала я громче, чем намеревалась, чтобы попытаться доказать свою точку зрения. — Я больше не повторю этой ошибки.

В его глазах вспыхнул огонь.

— Ты думаешь, мы были ошибкой?

— А почему, черт возьми, не должна? — крикнула я в ответ. — Ты уничтожил меня. Я не могу позволить это снова. Я больше не могу быть тем человеком. Мэддисон, которую ты знал, умерла в тот же день, что и ты.

Выражение его лица стало непроницаемым, и в обычной ситуации я бы подумала, что сейчас на нем отразилась боль, но после того, как он вел себя в последнее время, кто, черт возьми, знает, что он чувствовал.

— Послушай меня, — прорычал он, прижимаясь ко мне, мы оба были наполовину под душем. — Между нами не было ни единой гребаной ошибки. Мы пара, предначертанная судьбой, и ничто никогда этого не изменит. Что бы ты ни говорила.

Я толкнула его, но он не сдвинулся ни на дюйм.

— Пара так не обращается друг с другом, — выпалила я в ответ.

Он издал еще один рычащий, сердитый звук.

— Я защищаю тебя!

Я снова толкнула его.