— Здесь, — громко сказала я, пытаясь помахать рукой и подпрыгнуть, но, конечно, чертовски высокие парни мешали и этому. — Ребята немного переусердствовали со своей заботой обо мне, потому что это место раньше блокировало мою энергию, и они думали, что я умерла.

Аксель прошипел, и это был странный звук с его стороны.

— Не выдавай ей наши секреты, Мэддисон, — тихо сказал он. — Фейрии заберут твои секреты и используют их против тебя.

Мэб не ответила, и я не могла видеть ее, чтобы понять, что она делает, что не было проблемой, когда две секунды спустя все четверо парней отпрянули от меня, прижавшись к полкам. Мэб придвинулась ближе.

— Вот и ты, — тихо сказала она.

Я приподняла бровь, глядя на нее.

— Ты как бы доказываешь их точку зрения прямо сейчас.

Она пожала крошечными плечиками, приподнимая их вместе с крыльями.

— Они бы не сдвинулись с места. — В следующее мгновение она отпустила их, прежде чем подлететь и усесться мне на плечо.

Четыре пары широко раскрытых глаз уставились на нас, и в них действительно было видно недоверие.

— Как, черт возьми? — сказал Кэлен, проводя рукой по голове, взъерошивая каштановые пряди. — Только Мэддисон Джеймс могла подружиться со страшной старой фейри.

Мы с Мэб проигнорировали его, снова направившись к библиотеке.

— Ты можешь сделать так, чтобы мои друзья могли войти? — спросила я ее, когда мы шли. — Илия и Ларисса не Атланты, и первый барьер остановил их.

Она кивнула и махнула рукой куда-то позади нас, краем глаза я заметила, как ее блестящие крылья привлекли внимание.

— Их скоро пропустят. Библиотекарша спорила, но ее уговорили.

Мило. Когда я увидела Мэб в первый раз, я не заметила в ней этой властности, но теперь она становилась все более заметной. Возможно, освободив ее наконец от наблюдения за библиотекой, я высвободила в ней что-то еще большее. Силу и независимость.

Королева фейри.

Когда мы добрались до задней стены, я, не колеблясь, прошел прямо сквозь нее. Мои мальчики последовали за мной, не останавливаясь. Я знала это так же хорошо, как и то, что дыра в моей душе никогда не будет заполнена.

Мое тело непроизвольно вздохнуло с облегчением, когда я вернулась в комнату, оформленную в голубых тонах, нас окружала вода, в воздухе витал запах книг и волшебства.

— Ну, трахните меня.

Рон выглядел удивленным, и на его откровенно мужественном лице было такое странное выражение, что я усмехнулась.

— Прикольно, да?

Смех был странным, но в то же время и успокаивающим. Я не была склонна к депрессии, но потеря… Аша… сломила меня так, как я никогда не ожидала. Я думала, что стану сильнее, но чувствовала себя такой же хрупкой, как паутинка, дрейфующая во время шторма.

— Знаешь, — начала разговор Мэб. В комнате воцарилась тишина, и все повернулись к ней. — Паутина очень уникальна по своим свойствам. По правде говоря, многие из них способны противостоять сильным штормам. А знаешь ли ты, что если разорвать одну нить паутины, вся паутина в целом станет прочнее?

Я сглотнула и поперхнулась или что-то в этом роде.

— Ты можешь читать мои мысли?

Она вспорхнула с моего плеча.

— Нет, моя дорогая, — тихо сказала она. — Но когда твоя боль проявляется так сильно, я чувствую ее в своей душе, и иногда наши разумы соединяются. Мы каким-то образом связаны, и ты один из немногих сверхъестественных существ в этом мире, на которых мне не наплевать.

Мои глаза жгло, будто кто-то направил на них паяльную лампу.

— Паутина становится прочнее, когда ее разрывают? — выдохнула я.

Она кивнула.

— Да. То, что у тебя разрушены какие-то нити, еще не значит, что ты слаба. Во всяком случае, тот факт, что ты все еще стоишь здесь, пытаясь спасти мир, говорит мне о том, что ты сильнее, чем когда-либо могла себе представить. Не стоит недооценивать хрупкую, красивую вещь. Она никогда не бывает слабой.

Мэб была воплощением этого, если судить по страху моих парней и силе, которую она излучала.

И мы были связаны. Я понятия не имела, что это будет значить для моей жизни, но я восприму это как все остальное.

День за днем.

20

— У нас не так много времени, — сказал Джесси, чтобы разрядить обстановку. — Нам нужно начать исследование.

Все задвигались по комнате, Мэб вылетела в центр и уселась на небольшую колонну.

— Какая информация, по-вашему, наиболее уместна? — спросила она, глядя на всех нас сверху вниз.

— Думаю, нам нужно выяснить, кто такая Мэдди, — начал Рон. — Что значит, что она родилась наполовину богом?

— Нам нужно знать, почему затонула Атлантида, — добавила я. — Я имею в виду настоящую причину и то, что на самом деле вызвало это.

Все кивнули.