Мне неприятно это признавать, но я была удивлена, когда увидела многих заключенных вокруг нас. Большинство из них я бы никогда не назвала преступниками. Да, у меня появилась дурная привычка думать, что они соответствуют своему стереотипу. Вчерашний парень со шрамом на лице, по-моему, был образцом для большинства «преступников-супов». Но на самом деле большинство из них выглядели точно так же, как мы с Брекстоном: молодые, опрятные, невинные — ну, в некотором роде невинные. Пока не увидишь их глаза. В этом месте много мертвых глаз. Здесь творится что-то безумное.

В тот день мы с Брекстоном не теряли времени даром. Мы сразу перешли к еде, хотя я не питала особой надежды, что она окажется более съедобной. Неся свой жалкий выбор, Брекстон следовал за мной, и я остановилась у одного из пустых столиков. Я поставила свой поднос вниз и уже собиралась перелезть через скамейку, когда кто-то с грохотом поставил свой поднос прямо рядом со мной. Оглянувшись через плечо, я увидела Брекстона в паре шагов позади меня. Черт, он был слишком далеко, чтобы помочь мне.

Я уклонилась от первой атаки, от ударов невысокого человека, которые было достаточно просто блокировать. Мне даже удалось попасть ему в лицо, в результате чего у него мгновенно распухла губа и пошла кровь из носа. К сожалению, у невысокого был напарник — крупный мужчина. Очень крупный мужчина. Чертов медведь-оборотень. Волосатый зверь протянул руку и обхватил меня за горло. Я задохнулась и подняла руки, чтобы вырваться из его хватки. Но прежде чем я смогла сопротивляться, он оторвал меня от пола, и я повисла над землей. Я не могла дышать, а он сжимал так сильно, что у меня перед глазами уже плясали темные пятна. Поскольку он не раздавил мне горло сразу, он хотел продлить муку. Но почему?

В промежутках между оглушительным эхом собственных бешеных ударов сердца я слышала рев Брекстона и краем глаза видела, что на него наседает по меньшей мере десять человек. Он не успеет добраться до меня вовремя. Если я хотела спастись, то должна была сделать это сама.

— Я очень сожалею об этом, — вежливо сказал темноволосый медведь. Его широко раскрытые глаза были жесткими и холодными, черными как ночь. — Ты всего лишь побочный ущерб в войне, о которой понятия не имеешь. Невинная жертва, наказанная за преступления, которых не совершала.

Я восстановила равновесие, и, несмотря на то, что этот человек был чрезвычайно силен, мне пришлось дать отпор. Я приподнялась и ударила его ногами. В то же время я надавила пальцами на точку давления на его ладони, ослабив хватку ровно настолько, чтобы ударить его прямо в нос. Под моей рукой хрустнул хрящ, но он не выпустил меня, пока я не перерубила ему запястье. Я ударила его так сильно, что услышала еще один треск и смогла добавить к своему счету еще две сломанные кости. Я упала на землю, запутавшись в конечностях. Я хватала ртом воздух. Казалось, я не могла набрать в легкие воздуха достаточно быстро. Я знала, что мне нужно двигаться. Конечно же, человек-медведь быстро пришел в себя. Я откатилась в сторону, когда его ноги опустились на меня. Он был босиком, но сила его ног определенно могла сломать кости.

Я поднялась на ноги. Я была быстрой и сильной. Я не позволю ему снова схватить меня. Брекстон, казалось, держался молодцом; вокруг него было полно тел.

— Не сопротивляйся мне, я не хочу, чтобы ты чрезмерно страдала, — сказал медведь. Кровь из его носа уже перестала течь. Он держал обе руки перед собой, не показывая никаких признаков боли. Ублюдок. — Если ты согласишься, я сделаю это быстро.

И все же он не сделал это быстро, он хотел, чтобы я поняла, почему он убивает меня.

Какой, черт возьми, джентльмен.

Я хрипло рассмеялась из-за боли в распухшем горле.

— Я никому не подчиняюсь, — прохрипела я.

Он замахнулся на меня, и я увидела это за милю. Увернуться было легко. Медведи сильны, но им не хватает скорости. Я развернулась и прыгнула назад, чтобы ударить его голенью по голове. Я попала ему прямо в висок.

Он немного встряхнулся, прежде чем склонить голову набок и рассмотреть меня поближе. Я застала его врасплох. Он бросился на меня, и как раз в тот момент, когда я собралась с силами, чтобы снова увернуться, что-то ударило медведя сбоку. Брекстон. Не останавливаясь, дракон-оборотень начал безжалостно и без всякой доброты нападать на него. Он избивал другого оборотня до тех пор, пока тот не превратился в окровавленную груду сверхъестественного на полу.

Тогда вмешались охранники и прекратили драку. Или, скорее, оттащили Брекстона от лежащего без сознания медведя. Если бы мы не вылечивались так быстро, медведь ни за что бы не пережил это избиение. Но он проживет еще один день, если ему окажут медицинскую помощь. Хотя, когда они увозили его, у меня возникли сомнения, что они везли его именно туда.