«Нет, здесь есть и добро. Посмотрите на этих людей. Посмотрите на них! Вы видели, что я сделала, и это хорошо. Я не могу переделать таких существ. Они заслуживают лучшего за все, что они сделали и чем пожертвовали».

Я предвидела это и уже бежала. Я просто не знала, успею ли я вовремя.

Мое тело исчезло, вернувшись в подземный мир. Я не знала об этом лично, но понимала, что есть только один способ спасти остальной мир. Я должна была вернуть духов обратно в лаву, из которой они появились. Мне придется вернуть их на прежнее место, потому что там они были в основном безвредны. Едва заметная вспышка. Ожидая того, кто будет достаточно силен, чтобы ими завладеть.

Но этого больше не будет. Ашер, я, Коннор. Мы были единственными. Так что, если я смогу вернуть их, мир будет в безопасности. Но у меня были секунды, потому что они пытались завладеть моей силой, моим контролем, моей душой.

Медленно. Кусочек за кусочком.

Они собирались лишить меня свободы воли.

Лава была прямо передо мной, и я почти стала ее частью, когда мое тело дернулось в сторону, в нескольких дюймах от расплавленного красного цвета. Я слишком долго медлила… теперь у духов было достаточно контроля.

Пусть это закончится… Я почти умоляла, лица всех, кто был мне дорог, всплывали в сознании. Они вернули мне воспоминания, и моя душа кричала обо всем, что я сделала. Обо всем, что я почти потеряла.

«Если мы вернемся к первоисточнику, Тебе тоже придется остаться».

«По рукам».

«По рукам».

Мне даже не пришлось долго раздумывать.

Тень промелькнула надо мной, как раз когда я падала в раскаленное пекло. Знакомое лицо.

Коннор.

— Я держу тебя, сестренка, — сказал он. — Тебе не обязательно делать это одной.

Он приземлился на меня сверху, сила и вес его тела заставили нас обоих — включая духов — рухнуть в огонь внизу.

Пока я существовала, я слышала крики Коннора. Они эхом отдавались во мне. Когда от него не осталось ничего, кроме костей, он набросился на меня, вытягивая духов из моего тела и позволяя им впитаться в его.

Я не могла понять, как это было лучше, потому что он определенно не смог бы сопротивляться их зову. И, конечно же, через несколько секунд он перестал сопротивляться. Языки пламени плясали в глазницах, где раньше были его глаза, и темнота теперь была частью его души.

— Коннор! — закричала я, не в силах говорить в этом первобытном огне.

Он направился ко мне, и я огляделась, пытаясь понять, есть ли поблизости что-нибудь, что могло бы мне помочь.

Вообще все, что угодно.

Мой взгляд привлек блеск меди, и я потянулась за трезубцем, даже не успев подумать об этом.

Коннор бросился на меня.

— Отпусти их! — закричала я. — Еще не поздно.

Он ни разу не дрогнул, выглядя так, словно чей-то худший ночной кошмар воплотился в жизнь.

«Ты не можешь их контролировать. Доверься мне.» На этот раз я воспользовалась нашей мысленной связью, и она сработала.

Он молчал несколько мгновений, затем свет проник в его тело.

«Я высшее существо… рожденный, чтобы разрушать миры. Отец Всего Сущего».

«Не заставляй меня делать это, Коннор».

Я не могла позволить ему сбежать. Лава не захлестнула его, ему пришлось бы пройти через это, как мне. И я буду бороться с ним до конца.

«Так будет лучше. Это правильный путь».

Я узнала слова. Это были духи, которые контролировали его. Он был таким податливым, но я не могла злиться. И все-таки злилась, потому что никто из нас не должен был контролировать их. У нас троих был единственный выход, и мы упустили свой шанс.

«Ты пытался спасти меня», напомнила я ему. «Помни это. Ты не хотел, чтобы наступил конец света. Ты герой, брат».

На долю секунды я почувствовала его через нашу связь.

«Мэдди…» Его шепот.

Прежде чем я успела что-либо сделать, чтобы остановить его, Коннор бросился на меня, и я инстинктивно опустила свой трезубец, вонзив его прямо ему в грудь.

Нет. Боги. Нет, нет, нет, нет!

Я кричала и рыдала, когда острие пронзило его тело, погружаясь глубоко. Не лава сломала наши кости, а это древнее оружие, выкованное нашим народом… это была наша слабость. У всего было одно общее свойство.

«Я люблю тебя, Мэдди».

Это был его последний шепот перед тем, как мир вокруг нас взорвался, и мой мир погрузился во тьму.

38

Меня разбудило солнце, когда тепло проникло в кожу, проникая в органы.

Кожа… органы…

Коннор.

Воспоминания были там, частично скрытые мозгом, поскольку это давало мне время попытаться разобраться со всем. Однако я вспомнила. Я вспомнила все.

Мое тело вернулось ко мне.

А брат был потерян.