Я просто стояла в дверях спальни, безвольно опустив руки и пытаясь справиться со своими эмоциями.

Максимус вскочил с кровати, такой гибкий и проворный, каким может быть только сверх.

— Джесс! — Он громко вскрикнул, когда бросился ко мне, обнаженный во всей красе, но не возбужденный, так что было ясно, что я застукала их в перерыве между раундами. У меня было достаточно времени, чтобы заметить, как лицо Кардии потемнело от гнева, прежде чем на меня обрушилась стена мышц.

— Я так чертовски волновался за тебя, Джесс. — Его голос слегка дрогнул, когда он отстранился, сжимая обеими руками мои бицепсы. — Где, черт возьми, ты была? — Его эмоциональный тон перешел в рычание, клыки слегка обнажились, а глаза потемнели.

Я никогда не видела, чтобы он превращался в вампира за такое короткое время, особенно когда он не был голоден. Но это была не самая распространенная моя мысль. У меня был нервный срыв, похожий на тот, что был у меня в тот раз, когда я подумала, что Миша — дракон-оборотень. Я знала, что Максимус мог оказаться в постели с этой цыпочкой, пока мы с братом отсутствовали, только в том случае, если она была его настоящей парой. Не говоря уже о том, что он обычно никогда не спал с одной и той же женщиной больше нескольких раз. Он предпочитал рвать с ними, прежде чем они успеют привязаться. С этой Кардией мы прожили три недели.

Первые несколько месяцев после того, как ты находил свою пару, были напряженными. У сверхов были проблемы с выходом из дома и на публику. К тому же, я не упустила из виду вампирскую натуру незваной гостьи. Ее когтистые лапы и торчащие клыки свидетельствовали о территориальной реакции.

Я была взбешена. Гнев пронесся сквозь меня с силой мчащегося поезда, заполняя мои внутренности и рикошетом вырываясь наружу. Не то чтобы я испытывала к Максимусу те же чувства, что и к Брекстону, но, тем не менее, это было началом конца нашей идеальной жизни в стае. Мне пришлось бы отказаться от тесного общения с Компассами. Кардия бы этого не потерпела.

Я позволила своему выражению лица раствориться в пустоте, укрощая внутреннее смятение.

— На самом деле не похоже, что ты слишком беспокоился обо мне.

Оставалось либо отшить его, либо сорваться и разрыдаться, как ребенок.

Да, я вела себя как стерва, с привязанностью к партнеру невозможно было бороться. То, что сделали мои родители, было безумием с точки зрения сверхъестественных отношений: они разделились, чтобы защитить нас с Мишей от охотников на отмеченных; это было противоестественно. Когда у меня возникла эта мысль, я поняла, что хочу увидеть своих родителей. Где они? Я предположила, что у них была своя квартира неподалеку.

Может быть, где-нибудь, куда я могла бы сбежать.

Я старалась не думать о Максимусе, хотя он стоял передо мной и, казалось, пытался придумать, что сказать в ответ на мой гнев.

Слезы защипали веки. Я не позволила им пролиться. Я намеренно убрала обе его большие руки и отступила на шаг, изо всех сил стараясь успокоиться. Я наткнулась на твердую стену тепла и на секунду погрузилась в уют, которым был Брекстон. Мой шок и боль были настолько велики, что я даже не заметила, что он стоял позади нас.

Я оторвалась от дракона-оборотня.

— Я должна идти. Мне нужно подышать свежим воздухом.

— Джесс… — Голос Максимуса стал хриплым. Он протянул ко мне руку. — Пожалуйста, не уходи, нам нужно поговорить.

Я покачала головой. Мне нужно было погоревать и смириться со всем, что я потеряла. И мне нужно было сделать это в одиночку.

— Не ходи за мной.

Я сделала последнее предупреждение, прежде чем выбежать из комнаты, и, используя все свои возможности оборотня, помчалась через квартиру к входной двери. Я была в лифте, когда три Компасса выскочили из двери — Максимус натягивал штаны, и двери между нами закрылись.

— Джесс, тебе небезопасно оставаться одной, — услышала я отчаянный голос вампира прямо перед тем, как металл закрыл их от меня.

Воцарилась тишина. Я прислонилась к холодной стальной стене, мое сердце билось неровно. Черт, мне было больно, боль проникала глубоко в душу. Я знала, что в конечном итоге буду счастлива за Максимуса. Я хотела, чтобы у моих мальчиков были любовь и пара. Я хотела быть тетей для их детей, но я думала, что это будет далеко в будущем. Не сегодня. Не тогда, когда в нашем мире происходит столько дерьма. Я хотела забраться в постель между моим драконом-оборотнем и вампиром, чтобы мои фейри и маг тоже были там, как мы делали много раз за эти годы.

Но такого больше никогда не будет.

Вместо того, чтобы заплакать, я направила бурлящий внутри поток эмоций в гнев, который сейчас является моим оружием, и вышла из здания на волне праведного гнева. Я помчалась по улицам, бесцельно блуждая, и все же оказалась на главной улице, где продавалась еда.