Последние слова я выплюнула в его адрес. Моя дракон зарычала в тот же момент; ей не нравился король-дракон. Я не была уверена, когда это случилось, возможно, давным-давно, но она была привязана к Брекстону. Она выбрала его, и я тоже. И как будто я позвала его, позади меня раздался крик. Точка на моем животе запульсировала, и я поняла, что помощь прибыла.

Но теперь я испугалась. Я не могла позволить ему причинить вред моей семье.

Когда король, наконец, оторвал от меня взгляд, его холодные глаза скользнули по мощной группе людей, которые двигались по туннелю в нашу сторону, я воспользовалась возможностью и бросилась на него, вытаскивая клинок из-за голенища сапога. Взгляд серых глаз короля метнулись ко мне как раз вовремя. Он откатился назад, подхватывая меня на руки, и мой нож по рукоять вонзился ему в грудь.

— Я знал, что ты не сможешь устоять передо мной. — Его тон и улыбка были полны очарования, но оно не касалось его глаз, и отсутствие ямочек на щеках сбивало меня с толку.

— Джесса! — Рев Брекстона сотряс каменный фундамент вокруг нас. — Отойди от него!

Легче сказать, чем сделать, Живокость крепко держал меня в своих мускулистых руках и не делал ни малейшего движения, чтобы освободить. Я нанесла удар ногой, целясь ему по яйцам, потому что это мог быть мой единственный шанс причинить ему боль. Судя по отсутствию реакции на удар кинжалом, он был невосприимчив к большинству ранений. Но яички были чувствительны даже у самых крепких самцов.

Он смеялся, глядя, как я сопротивляюсь, и сжимал меня все крепче, пока я не перестала дышать.

— Отпусти ее, Живокость, — сказал Луи, и в его руках появилась энергия. Я заметила, что мой отец превратился в волка.

Максимус шагнул вперед. Он был вампиром… погодите-ка, а что здесь делали другие Компассы и Грейс? Мой взгляд упал на Мишу… Грейс была здесь, и она могла спасти ее.

Джонатану, должно быть, пришла в голову та же мысль. Он рванул вперед на своих четырех лапах быстрее, чем любой из нас на двух, вцепился в куртку Мики, оттаскивая дочь в безопасное место. Никто его не остановил. Плохим парням больше не было дела до этой близняшки, она была им больше не нужна. А я, с другой стороны, была долбаной парой короля или что-то в этом роде.

Только не в этой гребаной жизни.

Король снова ослабил хватку.

— Я не твоя пара, у меня уже есть пара, — повторила я, как только смогла отдышаться. Я не могла отвести глаз от Брекстона. Он выглядел так, словно собирался разнести все вокруг в пух и прах. Он был в десяти футах от нас, думаю, боялся, что король причинит мне боль, если он подойдет ближе.

— Ты имеешь в виду оборотня? — Глаза Живокости стали цвета грозового ночного неба, темные, с россыпями звездного света вокруг. — Если ты откажешься от этой пары и останешься со мной, я сохраню им жизни. Как единственный из существующих двойных оборотней, ты должна сделать выбор. У тебя есть две пары, но может быть только одна.

Как он узнал, что я — двойной оборотень? Были ли мои способности как-то связаны с королем?

— Я выбираю Брекстона, — выплюнула я в его сторону. — Всегда и навеки.

Я сосредоточилась на своем Компассе, его голубые глаза были жесткими и такими яркими, что я почти не могла в них смотреть.

Король-дракон рассмеялся.

— Все не так просто. Судьба хочет, чтобы ты дала нам равное время для определения истинной пары. У тебя было двадцать два года с Брекстоном, так что я заслуживаю такого же шанса.

Ложь. Он лгал об этом, и я была поражена, что у него не хватило силы скрыть гормональный всплеск.

Луи шагнул вперед, держа в руках собранные заклинания. Тайсон был рядом с ним, и я знала, что они объединили силы, чтобы создать более мощное заклинание. Меня даже не волновало, убьют ли они меня, чтобы добраться до короля, сверхъестественное сообщество нуждалось в защите.

Я встретилась взглядом со своими лучшими друзьями — теперь я включила и Луи в эту группу.

— Давайте. Уберите его.

Живокость снова хихикнул. С этого момента этот звук будет часто появляться в моих ночных кошмарах.

— Не сегодня, мои друзья-чародеи. Я собираюсь забрать свою пару и уйти. Ведите себя хорошо с моими дочерьми.

— Отец! — закричала Апельсинка. — Они убьют нас.

Он бросил на них суровый взгляд.

— Если ты достаточно слаба, чтобы погибнуть от рук этих жалких юнцов, тогда ты мне не нужна.

Несмотря на его недавнюю мольбу не убивать его дочерей, ему на самом деле было наплевать на них. Он отмахнулся от них с холодностью, которая показала всем присутствующим, насколько он мертв внутри. У него не было ни эмоций, ни заботы. Он уничтожил бы мир, чтобы получить то, что хотел.