Пять пар глаз уставились на меня. Они объяснили свою маленькую роль в этой истории, и теперь пришло время для моей гораздо более масштабной, чертовски безумной роли.

Я сделала глоток волшебного нектара, который был очень похож на вино, но без привкуса, а потом открыла рот и выплеснула все это наружу. Я рассказала им о том, как очнулась в другом месте, и как золотой дракон обвилась вокруг меня. Я старалась, чтобы информация была последовательной, но все равно многое в ней было перемешано. К счастью, в моей стае были умники.

Никто не прерывал меня. На всех лицах было одинаковое выражение шока. Клянусь, никто из них даже не дышал.

В завершение я сделала еще глоток нектара, искренне жалея, что на этот раз в нем не было алкоголя, и выложила все подробности о плодовитости моего тела и о том, что Живчик планировал сделать с нашим потомством. В этот момент Брекстон потерял самообладание… отломил край толстого стола, поднял остальную часть конструкции и отшвырнул ее ярдов на двадцать в сторону.

Мы все уже были на ногах; все его тело сотрясалось, пока он пытался взять себя в руки. Голубое пламя снова лизнуло его кожу, и я увидела, как чешуйки заиграли на смуглых руках. Прежде чем он успел сделать что-нибудь еще, например, схватить меня и спрятать до конца наших обычных жизней, я вытащила ожерелье из-под рубашки и подняла его вверх.

— Это оружие, которое у нас есть против короля. В нем течет кровь моих предков, кровь сияющих. Мы победим его, Брекс. — Я не хотела отводить взгляда от своего разъяренного партнера, но мне нужно было сказать Луи еще одну вещь. — Он — не колдун, Луи, он откуда-то заимствует эту силу. У тебя есть какие-нибудь предположения, что может подпитывать его магию?

Выражение лица Луи сменилось со стоического на прищуренное, а брови нахмурились. Он выглядел почти таким же взбешенным, как Брекстон. Ему потребовалось несколько мгновений, но в конце концов он ответил мне.

— Это, должно быть, мистики. Когда Живокость был жив в первый раз, его совет состоял просто из могущественных фейри, которые присоединились к его делу. Но после его смерти, какое бы проклятие он ни получил на отродья тени, оно фактически дало ему связь со следующим поколением мистиков. Мистики обычно вытатуировывали эти знаки с помощью магии, но Квейл и остальные родились с ними. Интересно, какова была их роль в этом. Если именно они готовят заклинания для Живокости, то без них он слабее.

Я глубоко вздохнула.

— Нам нужно их убрать. — Я поспешила продолжить, мне не понравилось мрачное выражение лица Луи — один из них был его братом. — Я не имею в виду убить их, я имею в виду запереть их или что-то в этом роде. Мы не можем позволить королю втянуть их в эту войну, нам нужно, чтобы он был как можно слабее.

Тогда я не смогла удержаться и пошла к Брекстону. Он немного успокоился, пламя и чешуя исчезли. Я поняла, почему он был так расстроен, в моей волшебной сказке не было ничего приятного. Она была наполнена душевной болью и неизвестным будущим для всех нас. Тем не менее, на многие наши вопросы наконец были даны ответы, и мы могли воспользоваться не одной слабостью короля.

Руки Брекстона сомкнулись вокруг меня, и они были такими нежными, что мне пришлось отстраниться, чтобы снова увидеть его лицо. Было ясно, что он все еще не в состоянии выражать свои чувства словами, поэтому вместо этого мы просто использовали нашу связь, чтобы выразить все эмоции, которые мы сейчас испытывали.

Джейкоб прервал это, фыркнув.

— Я не могу… черт возьми… Просто невероятно. И все же, я думаю, это объясняет ту историю с заклинателем драконов, которая произошла у тебя с тем диким драконом в святилище. Твоя душа связана с их следующей королевой драконов, и она взывает к своему народу. — Он потер рукой подбородок. Он был наименее волосатым из братьев; фейри мог не бриться целый месяц, и у него до сих пор почти не было щетины. Брекстон, с другой стороны, мог бы каждый день удалять растительность на лице с помощью магии, и к вечеру у него все равно оставалась бы тень. Не то чтобы я возражала. Совсем нет.

Руки Брекстона скользили по моей спине, снова успокаивая ту боль, которая так и не прошла полностью. Я собиралась называть это болью, а не «я неосознанно залетела».

Я чувствовала, как тяжело вздымается его грудь, и ждала его слов.

— Итак, королева драконов сказала тебе, что Живокость планирует произвести на свет детенышей драконов вместе с тобой, а затем использовать их для контроля над расами супов, как он пытался в прошлый раз… — Темп его речи ускорился, в нем снова закипал гнев. — И что он пообещал твоего первенца отродьям тьмы, чтобы они могли свергнуть сияющих. Я не знаю… что на самом деле… как я должен на это реагировать, Джесс?

Я пожала плечами.