Он покачал головой.
— Подружка была коварной сукой. Она свалила.
— Не такая уж потеря.
— Не для меня, — сказал он. — В большей степени для Карла.
— Итак, вы ищите третьего для своего «долго и счастливо»? Карл, Рик и Мисс неизвестность.
— Что-то типа того. Как и я сказал, пока это не проблема.
Я не могла не чувствовать себя немного нервной, а от перспективы большего у меня перехватывало дыхание. Я взяла куриное крылышко и заставила себя улыбнуться, пока ела его.
— Ты же говорила, что не хочешь нынешнего положения дел. — Он поднял свой стакан. — За то, чтобы найти выход, а?
Я прикоснулась своим бокалом к его.
— Конечно. За это я выпью.
Рик сделал глоток и хлопнул в ладоши.
— Хватит этой тяжелой чуши, — сказал он. — Давай заткнемся и съедим наш чертов обед, пока я не растрепал еще что-нибудь.
Как по мне, звучало отлично.
После обеда Рик переключил музыку в гостиную, с помощью одной из тех беспроводных установок, которые передают ваши мелодии из комнаты в комнату. Он сел на диван, я тоже, и мое колено так естественно прижалось к его колену. Рик так много заставлял меня смеяться. Так широко улыбаться. Рассказал так много историй о путешествиях, и графическом дизайне, и любви, и сексе, и жизни. Мои истории в основном были о Самсоне, но он был заинтересован. Действительно. Я видела это в его глазах.
Я могла бы проводить много времени с Риком Уорнером. Чертовски много времени.
Ранний обед превратился в поздний, но он не делал никаких попыток вернуться к своему проекту, а я не настаивала. Я бы с радостью осталась там, развалившись на диване, пока бы мы говорили весь день, заменив минеральную воду на холодное пиво, и смеялась до рассвета.
— Ну, да, — усмехнулся он. — Она, эм, долго не протянула. Сказала мне, что я чокнутый кусок дерьма и ушла.
— В нижнем белье?!
— Только в гребаных трусиках. — Он рассмеялся. — Серьезно, это было жалкое подобие стрингов. — Рик указал на свою промежность. — Говорю тебе, они едва прикрывали ее гребаную щель.
Эта мысль заставила меня захихикать.
— И она поехала домой так?!
— Ага. Прямо в час пик.
— И это был первый раз, когда вы пробовали «золотой дождь»?
Его глаза блеснули.
— Почему ты так уверена, что я пробовал еще раз?
Он поймал меня. Мои щеки горели.
— Ну не знаю. Ты просто кажешься таким парнем…
— Ха! — Он поднял руки вверх. — Ты поймала меня. Серьезно, однако, не слишком нервничай. Я не преподнесу никаких грязных сюрпризов, обещаю.
— Я тебе верю, — сказала я. — Я такая смелая. — Потом улыбнулась ему, и он улыбнулся в ответ, в этом что-то было. Что-то невысказанное, тяжелое и, вероятно, являлось результатом слишком многих сексуальных историй.
Я поерзала на своем месте, пытаясь ослабить желание между ног, но все, чего добилась, так это придвинула колено еще ближе к бедру Рика.
Он облизнул губы, и я увидела, как его рот приоткрылся, как и мой. Дерьмо. А потом тот наклонился вперед, его рука на моей ноге казалась горячей даже сквозь джинсы. Я ощущала его теплое дыхание на своих приоткрытых губах. Блядь, я хотела его. Не ради денег, не для того, чтобы скрепить сделку, не для того, чтобы привлечь его на свою сторону, не для того, чтобы избавиться от нервозности из-за большого двойного траха, который неумолимо близился.
Просто так.
Его губы коснулись моих, а глаза были темными, ресницы так близко, что щекотали мою кожу.
— Поцелуй меня, — прошептала я. — Пожалуйста…
Рик остановился в каких-то паре миллиметров от моих губ.
— Это «серая зона»…
Карл.
Эта мысль была словно ушат ледяной воды. Я моргнула, пошевелилась, опустила руки ему на грудь и отодвинулась.
— Дерьмо, прости. Я не имела в виду…
Он схватил меня за бедро, сильными руками притянул меня назад, перекинув мою ногу через свою, широко меня раскрывая. Даже в джинсах я чувствовала себя беззащитной.
— «Серая зона», — сказал он. — Это не «запретная зона».
— Но Карл…
— Карл знает, что ты здесь. Он знает, что я хочу этого.
Мое дыхание вырывалось с хрипом.
— Но ты сказал… вместе или совсем ничего…
— Мы обычно имеем это в виду…
Обычно? Я ахнула, когда тот коснулся моей щеки языком, а затем спустился к моей шее. Рик целовал мою шею, и я извивалась, опускаясь вниз, позволяя своим бедрам раскрыться шире.
— Ебать…
— Никакого секса… — прошептал он. — Мы не можем… только поцелуй… один маленький поцелуй не может быть неправильным…