— Честность — лучшая политика, да?

— Всегда, Кэтти. — Я улыбнулся. — Всегда.

— Он все еще здесь. — Она посмотрела на него. — Это должно быть хорошим знаком.

— Так и есть, я на это надеюсь. — Я притянул ее к себе и взял за руку. — И маленькая птичка принесла мне на хвосте, что тебе вполне может быть достанется еще один конверт, который подойдет к твоей короне. Возможно, в этот раз ты даже оценишь его по достоинству.

— Может и оценю, — сказала она.

Я протянул ей шампанское, и мы отсалютовали бокалами Дэвиду через всю комнату.

Он колебался лишь секунду, прежде чем поднял свой бокал в ответ.

Мы задержались допоздна, чтобы прибраться, и это самое малое, что я мог сделать для уборщиц. Мы устроили настоящий беспорядок — кто-то был достаточно добр и принес хлопушки, так что вся комната была покрыта цветной мишурой.

Хихикая, ко мне присоединилась Кэтти, счастливая от шампанского.

— И когда я буду тратить свои чеки? — спросила она, бросая бумажные тарелки в мусорное ведро. — За такие деньги я могу купить целый зимний гардероб.

Я улыбнулся ей.

— Когда захочешь. Рику это понравится.

— И тебе, — сказала она. — Мистер Обходительный.

Я собрал последние ленты и выбросил их в мусорное ведро. Наконец-то место выглядело респектабельно, достаточно респектабельно до обычной уборки в выходные.

— Выходные зовут, — проговорил я, и Кэтти допила остатки своего напитка, выбросив пластиковый фужер в мусор.

Она вернулась к своему старому столу, опустилась в свое кресло, и, смеясь, прокрутилась вокруг, а потом снова и снова.

— Это, вероятно, не самое мудрое решение, — сказал я и остановил ее.

Кэтти с усмешкой посмотрела на меня.

— Ты портишь мне удовольствие. Я просто прощаюсь.

— Я не хочу, чтобы мою машину забрызгали блевотиной, спасибо тебе большое. — Она показала язык, и я ущипнул ее. — Это не конец, — сказал я. — Ты вернешься в понедельник, отдел маркетинга находится всего лишь этажом ниже.

— Но это конец всего этого. — Она обвела рукой комнату. — Нашей работы вместе.

Я покачал головой.

— Я все равно буду участвовать, Кэтти, это все еще моя программа.

— Ага, но все же, — проговорила она. — Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду.

Я знал, о чем она, но не сказал этого.

Кэтти потянулась к моему галстуку, разглядывая его.

— Я больше не смогу похотливо разглядывать тебя.

— Тебе придется принимать дозу по утрам.

Ее глаза блеснули.

— У них есть сексуальные жеребцы в маркетинге?

Я сделал вид, что задумался.

— Может один или два. Если тебе нравятся рыжие на каблуках.

Она обхватила мой галстук пальцами, потянула меня вниз и улыбнулась.

— Что? — спросил я.

— Нас прервали. Я так и не получила окончание своего поцелуя.

— Ты можешь получить его дома.

Но та покачала головой.

— Это праздник, я хочу, чтобы он закончился там, где мы празднуем.

Я быстро поцеловал ее, но она запустила пальцы мне в волосы, ее дыхание было теплым. Девушка прижала меня к себе, ее губы раскрылись навстречу моим, ее язык был нуждающимся и требовательным.

Моя решимость рухнула, и я поцеловал ее в ответ. Мы сдвинули ее стул, и Кэтти оказалась в моих объятиях, вжалась в стул, лодыжками цепляясь за мои ноги, а пальцами за пояс.

— Подожди, — проговорил я. — Рик.

— Я хочу тебя в офисе, — ответила она. — Хотела этого с первого дня. Хотела этого каждый день с самого первого дня.

Как и я. Блядь, как же я хотел взять ее на столе, с самого первого дня.

— Мы не должны, — возразил я, но та все еще жаждала мои губы, а пальцами уже проникла в мои боксеры, обхватывая член.

— Мы загладим свою вину перед Риком, когда вернемся домой, — проговорила она. — Мы можем отсосать ему вместе, ты и я. Ему бы это понравилось.

Как и мне. Мой член дернулся.

— Это неправильно… за его спиной.

Кэтти убрала руки с моего члена, и я застонал, но та просто потянулась к моему телефону. Она достала его из моего кармана, сжала мой член одной рукой, а другой пролистала список недавних звонков.

— Позвони ему, — сказала она. — Спроси его мнение.

У меня перехватило дыхание.

— Это линия, которую мы не пересекаем, Кэтти.

Девушка пожала плечами, немного сильнее сжала мой член, и это было так чертовски приятно.

— Позвони ему, Карл. Если он против, мы остановимся.

— А если он не возражает?

Та ухмыльнулась.