Я подозревал, что сегодня будет еще и новая партия золотых конвертов, но это было вне моей компетенции. Я лишь представил окончательную сводную таблицу лидеров с моими рекомендациями, но окончательное решение о бонусах будет зависеть от Дэвида и финансовой команды.

— Все выглядит потрясающе, — сказала Кэтти. Ее улыбка была яркой, а глаза счастливыми. Она села за свой старый стол. — Не могу поверить, что это последний раз, когда я сижу здесь. Мне стало тут так уютно, понимаешь?

— Ты всегда можешь вернуться и сделать пару звонков как в старые добрые времена. Все кончится только тогда, когда ты этого захочешь.

Она пожала плечами.

— Ну не знаю, Карл. Может, я потеряю хватку. — Она посмотрела на меня сверху вниз. — Возможно, вместо этого я стану рекламным гением, ты не думал об этом? Или, может быть, я стану партнером Рика в его маленькой дизайнерской империи и повешу свою собственную рекламу на стене кухни.

Я опустил руку на ее плечо и слегка сжал его.

— Весь мир в твоих руках, Кэтти. Меня бы ничего не удивило.

— Мы могли бы придумать себе крутое имя. «Кэт-Рик», немного похоже на хет-трик, да? Три раза подряд. Мы могли бы стать ими. — Она рассмеялась. — Но тогда тебе придется присоединиться к нам.

— Это вряд ли. — Я улыбнулся ей. — Во всяком случае, Рик захочет чего-то абстрактного. Индиго-форель или что-то в этом роде. Ты же знаешь, какой он. Использует любой предлог для модного ребрендинга.

— Мне нравится Кэт-Рик.

— И мне, — сказал я, притягивая ее лицо к себе.

— Целоваться в офисе — это ни-ни, мистер Брукс, очень непрофессионально. — Ее глаза сверкали от озорства, но губы зовуще приоткрылись.

Я наклонился ниже, пока не почувствовал ее дыхание, а Кэтти тут же покраснела.

— Карл, серьезно. Что такое?

— Это праздник, — просто сказал я и поцеловал ее.

Поцеловал ее так, будто мы были не на работе, а только вдвоем, словно это было так естественно. Она обвила руками мою шею и притянула меня ближе, и застонала мне в рот, а я застонал в ее, и это было прекрасно, так прекрасно.

Но это было ошибкой.

Нас словно окатило холодной водой, когда из дверного проема послышалось покашливание, и я встретился взглядом с Эваном Майклсом, финансовым директором.

— Прошу прощения, что… прерываю, — сказал он, и в его голосе явно звучал укор. — Я надеялся поговорить с тобой, Карл, о прогнозах на следующий месяц.

Я кивнул, жестом указывая в сторону комнаты для совещаний.

— Конечно. Милости прошу.

Уходя, я подарил Кэтти улыбку, а увидев ужас в ее глазах, одними губами сказал «все будет хорошо».

Но время шло.

Казалось, что моя предельная честность, в конце концов, получит еще один шанс на вылазку.

Это случилось даже раньше, чем я ожидал. Фуршет был в самом разгаре, когда Дэвид похлопал меня по плечу, выражение его лица было дружелюбным, но серьезным.

— Нам нужно поговорить.

Я кивнул.

— Да. Нужно.

Кэтти следила за нами взглядом, пока мы выходили из зала, но на этот раз мы направились в другой зал для совещаний, подальше от любопытных ушей. Я закрыл за нами дверь, Дэвид остался стоять. И я тоже.

— Знаю, мне не нужно просить тебя быть честным, Карл.

— Нет, — согласился я. — Не нужно.

— До меня дошли кое-какие слухи…

— Да, — подтвердил я. — У нас с Кэтти отношения. — Я встретился с ним глазами, твердо удерживая его взгляд. — Мне хотелось рассказать тебе. Уверен, ты понимаешь, почему я этого не сделал. Секретность не давала мне покоя, уверяю тебя.

Он мерил шагами комнату. Потом кивнул головой.

— Как долго?

Это признание было единственным, что заставляло меня чувствовать себя неловко.

— До того, как она присоединилась к программе. До того, как я узнал, что она твоя дочка.

Я увидел шок на его лице.

— Это довольно долгий срок, Карл.

— Знаю, — сказал я. — Мне жаль, что впервые ты услышал об этом так. Искренне жаль, Дэвид. Но поскольку Кэтти твоя дочь, а ваши отношения такие, какие они есть, ее участие в стажировке лишь усложняло дело, и я счел лучшим позволить всему… идти своим чередом. — Я вздохнул. — Я не скрывал ничего с каким-то дурным намерением, Дэвид. Мне совсем не стыдно.

— У меня были подозрения, — произнес он, пронзив меня взглядом. — Это серьезно?

— Очень.

Тот снова кивнул.

— Ты хороший человек, Карл. И я не испытываю к тебе ничего, кроме уважения, и в целом полностью поддерживаю твои отношения с моей дочерью.

В животе вспыхнула смесь эмоций, но благодарность преобладала.

— Спасибо, — ответил я. — Это очень много значит. — Я сделал паузу. — Что ты подразумеваешь под «в целом»?

Он не стал лукавить.

— Рик, — просто произнес он. — Как во все это вписывается Рик?

Я тоже не стал уходить от ответа.