Я вдохнула его дыхание, кожа горела. Опасный. Я была одна, не в своей тарелке, мне угрожал кто-то без границ, без ограничений, без гребаного стоп-слова. Его глаза не играли, ни один человек не смотрел на меня так. Я переместилась к нему, борясь со знакомым трепетом от того, что меня прижали.

— Иди, — сказала я. — Я закончу здесь.

Он мгновенно отпустил меня, схватил свою сумку и начал уходить, не оглядываясь. Кейси последовала за ним, прыгая рядом, словно совершенно другое животное. Может быть, он был прав, может, она действительно принадлежала ему.

Мой телефон все еще звонил. Я уставилась на номер офиса, он казался таким далеким. Далеко в мире соответствия и протоколов, здоровья и безопасности. Я еще не была готова вернуться туда, пока нет.

— Подожди! — позвала я.

Он не ответил, даже не замедлил шаг. Мне пришлось бежать за ним, машинально хватая за локоть. Дикарь развернулся на пятках, безумный, готовый напасть, пока не понял, что это я. Его кулак застыл в воздухе. Я подняла руку, чтобы остановить его.

— Я думал, что ты Джонс, — пробормотал он. — Что теперь?

Я, черт возьми, не знаю.

— Собака… Я хочу проверить, как она.

— Проверить, как она? — прорычал он. — Что это значит?

— Просто чтобы убедиться, что с ней все в порядке, — сказала я. — Мне нужен твой номер телефона.

— У меня его нет.

— Неужели я выгляжу такой идиоткой?

— Номер «ноль-семь-девять-один-не-лезь-не-в-свое-гребанное-дело», — усмехнулся он.

— Я вернула твою собаку и отпускаю тебя с ней, но ты дашь мне свой номер, или, помоги мне Бог, тебе придется вырубить меня, чтобы я заткнулась.

Он нахмурился на несколько долгих секунд, а затем, наконец, порылся в своей сумке. Телефон был старой модели, похожий на кирпич. Он прокрутил номера, пока не нашел свой, и сунул мне в руку. Я записала его в блокнот, проверив раз, другой и третий, прежде чем вернуть ему.

— Позаботься о ней.

— Всегда. — Он натянул капюшон так, что лицо оказалось в тени, а затем продолжил свой путь.

Я наблюдала за ним достаточно долго, чтобы поймать его, когда он повернула назад, только чтобы оказаться в пределах слышимости.

Его слова были просты, но искренни.

— Я в долгу перед тобой, управляющая. Я не забуду этого.

И я тоже.

Каллум

Кейси была кожа да кости, как и тогда, когда я нашел ее. Я боролся с яростью, готовый броситься на этих поганых Скоттов и заставить их заплатить, но не мог рисковать. Не сейчас.

Кейси, как в старые добрые времена, держалась возле меня, навострив уши, когда мы направились на ужин. Мусорное ведро рядом с лавкой Эла, где продавали рыбу и чипсы, обычно было забито объедками. Я откопал несколько подносов. Удачный улов… половина рыбы и пара кусочков колбасы. Я отдал все это Кейси, каждый кусочек. Я снова накормлю ее как следует, как только получу немного денег. Мне нужно было встретиться со старыми знакомыми, дать им знать, что я вернулся.

Моим делом были мелкие посылки, я доставлял их из пункта «А» в пункт «Б» и не задавал лишних вопросов. А они подкидывали мне немного налички, двадцатку тут, двадцатку там. Большие деньги платили за более серьезные грузы, но это было не мое, больше нет. Слишком много времени в тюрьме. Она умрет к тому моменту, как я выберусь оттуда.

Для такого парня, как я, нет настоящей работы, даже среди отбросов в этих краях. Я слишком хорошо известен. Известен лицом и кулаками. Раньше это беспокоило меня, съедало, что никто не может дать мне шанс. Впрочем, я уже привык. Жизнь никогда не была доброй, и то, что я стал старше, ничего не изменило.

— Хорошо, Кейси, полегче, девочка. — Я прислонился к стене, притягивая ее ближе. От находки не осталось ничего, кроме мятых бумажек, и я не хотел, чтобы она их жевала. Я достал свой табак и свернул его в трубочку. Тонкую, пытаясь растянуть остатки. Моя челюсть ужасно пульсировала. Тайлер хорошо меня приложил, придурок. В один прекрасный день удача отвернется от него.

Две шлюшки, которые живут рядом с мамой, проплыли мимо, притормозив, чтобы окинуть меня взглядом. Они засмеялись, насмешливо и глупо, потом сбились в кучку и зашептались. Раньше бы я поддался искушению, прежде чем даже понял, что к чему. Сунул бы свой фитиль в любую тугую маленькую киску, которую предлагали. Раньше я думал, что это что-то значит, что-то говорит обо мне, но все это всегда лишь означало, что они трахнули плохого мальчика, словно я какой-то чертов приз, трофей.

Они думают, что это тяжело сделать, словно я выбросил свои манеры в мусор, чтобы быть крутым парнем. Но они ошибаются. Начну с того, что я никогда ничему не учился, никогда не старался быть кем-то другим. Может быть, поэтому ни у кого и нет шанса мне помешать.

Я неудачник. Родился неудачником, вырос неудачником и, вероятно, умру неудачником.

Я просто надеялся, что Кейси уйдет раньше меня, так что не будет одна.