Вокруг завывал ветер и лил дождь, тоненький язычок огня должен был мгновенно погаснуть. Но когда Трик поднял его между ними, Мия увидела, что огонек мерцает и растет, источая жар. Невзирая на дующий ветер и бурю позади, пламя тянулось к девушке. Будто…
…будто хотело обжечь.
– ЛЕДИ ЗЕМЛИ ПО-ПРЕЖНЕМУ ДРЕМЛЕТ, КАК И ВЕСЬ ВЕК, – сказал Трик. – НО ПОКА ТЫ ИЩЕШЬ КОРОНУ ЛУНЫ, БУРЯ, ОКЕАН И ОГОНЬ БУДУТ ТВОИМИ ВРАГАМИ. ОНИ ПАПИНЫ ДОЧКИ, МИЯ. ИХ РАСТИЛИ В НЕНАВИСТИ К МАТЕРИ И К БРАТУ. А СЛЕДОВАТЕЛЬНО, И К ТЕБЕ.
Наблюдая, как пламенный язычок тянется к ней, извиваясь и мигая, Мия ощутила, что ее живот постепенно затапливает ледяной страх.
– ВСЕ ФИГУРКИ ПРИШЛИ В ДВИЖЕНИЕ. ЧЕМ БЛИЖЕ ТЫ К КОРОНЕ, ТЕМ СИЛЬНЕЕ ОНИ БУДУТ ПЫТАТЬСЯ ТЕБЯ ОСТАНОВИТЬ. – Трик поджал губы ниточкой и покачал головой. – Я НАДЕЯЛСЯ, ЧТО НАМ УДАСТСЯ ПОДОЛЬШЕ ОСТАВАТЬСЯ НЕЗАМЕЧЕННЫМИ. НО В НЕБЕ ДО СИХ ПОР ГОРЯТ ВСЕ ТРИ ГЛАЗА АА. ЕГО НЕ ПРОСТО ТАК НАЗЫВАЮТ ВСЕВИДЯЩИМ.
– Хочешь сказать, если мы снова выйдем в океан…
– ЛЕДИ ПОСТАРАЮТСЯ НАМ ПОМЕШАТЬ.
– Но Ашках и Тихая гора находятся по другую сторону Моря Сожалений, – Мия нахмурилась. – Мы не можем дойти туда из Лииза. Придется плыть.
Трик взглянул на гавань впереди и на море за спиной.
– МЫ МОГЛИ БЫ ОТПРАВИТЬСЯ В ПУТЕШЕСТВИЕ ПО СУШЕ, – предложил он. – ПОЙТИ НА ВОСТОК ВДОЛЬ ПОБЕРЕЖЬЯ. ПОПРОСИ КОРЛЕОНЕ ОБОГНУТЬ СЕВЕРНЫЙ МЫС БЕЗ НАС, ЧТОБЫ ИЗБЕЖАТЬ ГНЕВА ЛЕДИ. МЫ ВСТРЕТИМСЯ С НИМИ В АМАЕ. ТОГДА ПУТЕШЕСТВИЕ ЧЕРЕЗ МОРЕ СОЖАЛЕНИЙ В АШКАХ ЗАЙМЕТ ВСЕГО НИЧЕГО. КОНЕЧНО, МЫ ТАК ИЛИ ИНАЧЕ РАЗГНЕВАЕМ БЛИЗНЕЦОВ, НО НЕДЕЛЯ В ПУТИ ЛУЧШЕ, ЧЕМ ТРИ.
Мия покачала головой. Она пока не решила, верить ли ей в этот бред о богах и богинях. Но, похоже, божества все решили без нее, и на Мию вдруг снизошло болезненное озарение, каково это, когда против тебя настроено трио богинь.
– ЧЕМ БЛИЖЕ ИСТИНОТЬМА, – начал Трик, словно прочитав ее мысли, – ТЕМ ТЫ МОГУЩЕСТВЕННЕЕ. САМА ЗНАЕШЬ.
Мия кивнула, вспомнив силу, которой она обладала во время Резни в истинотьму. Как она прыгала по теням Годсгрейва, словно девочка по лужам. Как по ее прихоти жидкая тьма разрушила статую Аа у Гранд Базилики. Одной Матери известно, на что она будет способна сейчас, став постарше, и с осколком Фуриана, влившимся в нее.
Мия все чувствовала. Как солнца опускались к горизонту – медленно, но неминуемо. Как тьма внутри нее укреплялась. Ускорялась.
Тени за своей спиной, дожидающиеся момента, когда они смогут раскрыться в гаснущем свете.
– НО СЕЙЧАС ТЫ УЯЗВИМА, – продолжил Трик. – И ИМЕННО СЕЙЧАС ОНИ ПОСТАРАЮТСЯ НАНЕСТИ УДАР. МЫ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ОСТОРОЖНЫ. СУША – НАШ ЛУЧШИЙ ВАРИАНТ.
Мия вздохнула, но кивнула.
– Ладно. Я предложу Корлеоне встретиться в Амае. Уверен, что без нас они будут в безопасности на борту?
– КОГДА ДЕЛО КАСАЕТСЯ БОЖЕСТВ, НИ В ЧЕМ НЕЛЬЗЯ БЫТЬ УВЕРЕННЫМ. НО ИХ ЦЕЛЬ ТЫ, МИЯ. В ГЛАЗАХ АА ТОЛЬКО ТЫ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ УГРОЗУ.
– Полагаю, нам придется купить лошадей, – Мия насупилась и сплюнула на палубу. – Ненавижу, блядь, лошадей.
Трик улыбнулся, на бледной щеке проступила ямочка.
– Я ПОМНЮ.
Она посмотрела на него. Ее голос был не громче шепота на ветру.
– Что еще ты помнишь?
Трик наклонил голову, и от его взгляда в ее груди заныло.
– ВСЕ.
– Какие новости, Ворона?
Мия повернулась и увидела за спиной Сидония с Мечницей. Волнозор и Брин стояли по правому борту, мужчина показывал ваанианке на город и вкратце рассказывал об основных достопримечательностях. Над перилами позади них согнулся Мясник, пытаясь опорожнить совершенно пустой желудок. Мечница поглядывала на Трика с нескрываемым подозрением, и Мие стало любопытно, что бывшая почти-жрица думала о присутствии безочажного в их компании. Но взгляд Сидония был сосредоточен только на Мие.
– Нам придется продолжить путешествие по суше, – ответила она. – А новости, которые мне на хрен не сдались, такие: помимо духовенства Аа, люминатов, итрейского легиона и Красной Церкви, теперь, судя по всему, мной недовольны еще и Леди Океанов и Леди Бурь.
– Думаешь?.. – выдавил Мясник. – Я выблевал оба… легких и одно яичко с тех пор, как мы с-сели на это гребаное ведро с д-дерьмом.
– Следи за языком, хорек обоссанный, – раздался голос. – Или я отрежу тебе второе яичко.
Большой Джон хмуро окинул взглядом бывшего гладиата, уперев руки в бока. Старший помощник и его капитан подошли к группе на носу «Девы», корабль тем временем подплывал к Городу портов и церквей. Большой Джон промок насквозь и покрылся соленой коркой, из уголка его рта торчала трубка из кости драка. Корлеоне, в свою очередь, выглядел измученным после недели непрерывной борьбы со штурвалом, одежда липла к нему, как мокрая шерстка к крысе. Но в глазах мужчины по-прежнему сиял огонь.
– Мне послышалось, или вы покидаете нас? – спросил он у Мии.
Девушка кивнула.
– Временно. Наше присутствие на борту подвергает вас опасности.
– Херня. Это и бризом было сложно назвать, – Клауд топнул ногой по палубе. – Моя «Дева» надежнее почвы под вашими ногами.