Но все изменилось, когда с ней связался Илай и рассказал правду о группировке и ее отце. Оказывается, он помогал повстанцам и передавал важную информацию – именно за это его и арестовали. Клэр до последнего им не верила, но после того, как к ней в дом явились Илай и Нэш, она будто отбросила свою старую жизнь и начала новую.

На первое время ей запретили рассказывать об этом кому-либо из знакомых, а когда Клэр нашла записку в доме Эстеллы, в голове сложился пазл: ее лучшая подруга – потомок Богини, который может вернуть свободу их континенту. Клэр было трудно недоговаривать Эстелле и утаивать от нее правду, но этого требовал Альянс.

Поверить в такое было сложно. Они ввязались в игру за власть, которая могла уничтожить каждого из них.

Клэр сделала выпад, чтобы отработать очередной удар, но в этот момент по этажу пронесся свирепый голос Дагнара:

– Пылающие! Собирайте все самые необходимые вещи и выходите на улицу!

Клэр мгновенно выбежала в коридор и наткнулась на Софи.

– Что произошло? – запыхавшись, спросила у нее Клэр.

– Видимо, что-то случилось во время обращения Сената. Дагнар отдал приказ покинуть замок, – ответила Софи и отошла в сторону, чтобы освободить проход для Пылающих.

Они бегали по коридору, затягивали доспехи и как можно скорее выбирались наружу.

– Он сказал, куда мы отправляемся?

– В Кельфорд.

«Город Черного Солнца».

В Велоре ходили слухи, что Кельфорд был самым опасным городом Безымянного королевства. Там жила самая бедная часть населения, которая зарабатывала на пищу воровством, убийствами и насилием. Клэр никогда не была в Городе Черного Солнца, но слышала много рассказов и предостережений от отца.

– Но как мы доберемся до Кельфорда? – спросила она у Софи, когда та развернулась и собралась двинуться к выходу из замка. – Нас же практически сто человек!

– Ангелы и падшие полетят, а смертные поплывут по Пепельному морю на нескольких кораблях. В такое позднее время нас не должны заметить. В Кельфорде мы встретимся с теми, кто был на площади Святого Оритела.

«Черт».

– Принято, – кивнула Клэр и забежала обратно в комнату.

«Эстелла, хоть бы с тобой ничего не случилось», – произнесла она в своих мыслях и накинула кожаную куртку.

Здание, на котором они расположились, окутал яростный, безудержный огонь. Пылающим пришлось мгновенно взлететь ввысь, чтобы божественная сила не унесла за собой их жизни. Языки пламени вырывались из окон и дверей, густой черный дым начал заполнять площадь Оритела и лишать присутствующих воздуха.

На крыше горящего здания стояла Эстелла. А перед ней, расправив темные крылья, замер Илай.

Небесная армия сорвалась с постамента и выбежала из здания Сената в ту же секунду, как божественная сила вырвалась на свободу. Пылающие парили над площадью и давали ангелам отпор, не подпуская их к полыхающему зданию, но долго они так не продержатся. Повстанцев намного меньше. Им нужно улетать как можно скорее.

Илай смотрел на Эстеллу и, кажется, впервые в жизни не знал, что ему делать. От нее исходил такой яркий свет, что приходилось прикрывать глаза рукой. Когда Илай осторожно подошел к застывшей девушке и протянул к ней руку, пламя устремилось к командиру и перетекло на его ладонь.

Огонь не причинял ему вреда.

Илай встряхнул головой и прокричал Пылающим:

– Всем направляться в порт!

Послышался детский плач. Повернув голову, падший ангел заметил маленького мальчика, который стоял перед горящим домом и округлившимися глазами смотрел на Эстеллу. Он снова зарыдал, вытирая глаза грязным рукавом, и показал дрожащим пальцем на огненную девушку. Илай мог поклясться, что различил его срывающийся крик:

– Убийца!

Когда козырек здания затрещал, Илай сложил крылья и прыгнул под горящие обломки. Схватив плачущего ребенка на руки, он пролетел несколько метров и опустился в небольшом переулке. Ребенок спрыгнул на землю и, спотыкаясь и задыхаясь от слез, бросился в сторону своего дома.

Крыша горящего здания стала проваливаться, и Илай заметил, как Эстелла чуть покачнулась и опустилась на колени. Она будто не видела происходящего и находилась в другом измерении: глаза остекленели, стали равнодушными, маленькое тело застыло и даже волосы не развевались от жара пламени.

– Солари, – позвал Илай, когда снова опустился на крышу и рухнул перед ней на колени. Он приподнял ее подбородок, заглянув в невидящие глаза. – Солари, посмотри на меня!

Огонь пульсировал, будто был живым: перетекал под ее кожей, распространялся на соседние здания, но не причинял Илаю вреда. Командир встряхнул девушку за плечи, но она никак не отреагировала.

– Илай, сделай что-нибудь! – услышал он голос Нэша. – Эти ангельские отродья перережут нам глотки, если мы не улетим через три минуты!