– Зачем Аркейну нужно было брать вас в плен? – Она не хотела затрагивать эту тему и наблюдать за тем, как гаснут глаза Клэр, но другого выхода не было. – Они спрашивали, где находится ива, так? Но ведь… Аркейн знает. В том воспоминании о перестройке мира он стоял среди Конгломерата, около той самой ивы. Он знает, где она находится.

Астра перестала бросать на Нэша недовольные взгляды и дополнила:

– Помимо всего этого, у него была причина послать нас в Цитадель. И у него была причина сделать Фрэнка адептом. Но зачем? – Она стала накручивать на палец короткие волосы. – Почему именно сюда?

Эстелла резко приняла сидячее положение.

– Я все думала, как Микаэль оказался в Бездне и почему его не почувствовал Люцифер. Перед случившимся на Черной Пустоши, когда Илаю… – Она прервалась и решила не заканчивать. – Это был Оракул.

– Думаешь, он надел его личину?

– Уверена.

– Но все обличья, которые он принимал, принадлежали мертвецам, разве нет? – нахмурившись, спросила Клэр. Она сидела рядом с ней на кровати.

Эстелла задумалась.

– Да, но… Просто Микаэль не мог находиться там: его бы учуяли церберы или сам Люцифер. Говорю вам, это был именно Аркейн. А потом он быстро сменил личину на Дафну.

– Получается, это не она хотела убить меня в Стеклянном замке, а он. – Астра стиснула кулаки. – Ублюдок!

– Но почему тебя? Чтобы сделать больно Илаю? – пробормотал Аарон как всегда мрачным тоном.

– Почему, почему, почему-у-у? – простонал Нэш, плюхнувшись на кровать. – Я ненавижу это слово! Кто его придумал?

– Перестань ныть, Коффман.

Повернувшись к двери, они увидели стоящего там Тобиаса. Клэр широко улыбнулась и, подойдя к отцу, заключила его в крепкие объятия. Эстелла не видела их первой встречи, но, по словам Нэша, всплакнула даже Кира.

– Пора собираться, – вздохнул Тобиас, не выпуская из объятий свою дочь. – Она пришла в себя.

– Отряды готовы к отбытию? – поднявшись со стула, спросил Аарон.

– Почти. Поэтому поторопитесь.

Тобиас поцеловал Клэр в лоб и вышел из спальни.

Они впятером переглянулись.

– Если честно, сейчас мне плевать на иву, врата, войдов и прочую чушь. – Голос Астры задрожал. – Что он сделает с Илаем?

Эстелла не знала ответа на этот вопрос, но собиралась найти его.

Прямо сейчас.

Она спокойно дождалась, когда все покинут ее спальню. Нэш топтался на месте, и она сразу поняла: его что-то гложет.

Перед тем как выйти, Клэр бросила на них понимающий взгляд. Эстелле это не понравилось. О чем знали все, кроме нее?

Дверь закрылась, оставив их с Нэшем наедине.

– Что с тобой?

– О чем ты?

– Хватит притворяться, Нэш. У тебя глаза на мокром месте, – мягко ответила Эстелла. – Расскажи мне.

Он замялся. Затем тяжело вздохнул и опустился на краешек кровати. Достав из кармана какую-то золотую цепочку, стал вертеть ее в руках.

– Я убил его.

– Кого?

– Микаэля.

Ее губы приоткрылись, а глаза округлились. Эстелла так и просидела в тишине пару секунд. В голове крутилось слишком много мыслей, чтобы вычленить хоть одну.

– В Асхае?

Легкий кивок.

Эстелла откинула все вопросы, решив задать главный:

– Почему тебя это расстроило?

Она похлопала по кровати, приглашая его лечь рядом. Нэш нервно перебирал цепочку пальцами, но все же убрал ее и послушно скинул обувь. Он забрался на другую сторону, устремив взгляд в потолок.

– Я… – Его голос дрогнул, и он откашлялся. – Не знаю? Я не знаю, почему меня это так задело. То есть да, Микаэль заслужил это как никто другой. Он…

Эстелла замерла, готовясь услышать следующие слова.

– Убил моего брата. Марси.

Эстелла задохнулась от его тихого признания. Пришлось прикусить губу, чтобы не пролить слезы. Повернув голову, она заглянула в печальные голубые глаза. Знала, что никакие слова не заглушат боль, поэтому аккуратно сжала его ладонь и кивнула, призывая продолжать.

– Я рассказывал об этом Клэр. Микаэль убил Марси, когда я числился в его легионе. Да, он всегда держал нас под своим крылом. – Нэш грустно усмехнулся. – Сначала я думал, что это чертовское везение: сам главнокомандующий обратил на меня внимание. А потом…

Эстелла крепче сжала его холодные пальцы, почувствовав металл колечек.

– Потом произошло это.

– То, что ты чувствуешь, совершенно нормально, Нэш, – прошептала она, перекладываясь набок лицом к нему. – У тебя не было кого-то старше, кто мог защитить, дать совет или просто поговорить, когда было тяжело. Конечно, ты искал такого человека. Не твоя вина, что он оказался мерзавцем.

Нэш повторил позу Эстеллы и стушевался, пытаясь не смотреть ей в глаза.

– Мне кажется, что я предаю Марси своими чувствами. Своим сожалением и виной за смерть Микаэля.

Она энергично покачала головой.